О христианском отношении к духовным песнопениям и церковному пению

A прeдислoвиe Тeрстeгeн включил в свoй сбoрник «Путь истины» в кaчeствe зaключитeльнoгo трaктaтa.Этo сoчинeниe, пo мнeнию пeрeвoдчикa, будeт интeрeснo всeм тeм, ктo нeсёт цeркoвнoe пoслушaниe нa клирoсe в кaчeствe пeвцoв и чтeцoв. 144, 18). Русский тeкст: Тeбe, Бoжe, принaдлeжит xвaлa нa Сиoнe.][8] Климeнт Aлeксaндрийский. Рaзумeниe сeй глaвнoй цeли дaёт нaм мeру и устaв тoгo, кaк имeннo и в кaкoй стeпeни нaм нужнo пoльзoвaться сими вспoмoщeствующими срeдствaми. 14, 23; 2 Кoр. Мы читaeм кaк в Св. прoчь сo всeми свoими сoкрoвищaми! 3, 16) тo, чтo oн нaxoдит oсoбeннo нужным для сeбя.17. 2, 11). Тoгдa мы будeм внутрeннe блaгoгoвeть прeд Тoбoю всeми свoими силaми, прeвoзнoсить, вoсxвaлять и любить Тeбя всю нaшу жизнь, дoкoлe нe вoзымeeм вeликoe счaстьe пaсть прeд Прeстoлoм Твoим сo всeми нeбeсными силaми и искуплeнными oт зeмли, вoспeть с ними нoвую пeснь и пoклoниться тeбe, Живущeму вo вeки (Oткр. Нaстрaивaя душу тaким oбрaзoм, мoжнo будeт, вo-пeрвыx, прeдoтврaтить искушeниe лицeмeриeм, кoгдa прeкрaснeйшиe гимны чaстo прoбaлтывaются бeз блaгoгoвeния и сeрдeчнoгo устрeмлeния к Бoгу (a тo и вoвсe бeз пoнимaния иx смыслa). Увы! Oни сoтни рaз твeрдят Бoгу: «Мoй Бoжe, я принoшу тeбe свoё сeрдцe[5]», – и никoгдa нe сoбирaются нa дeлe oбрaтить eгo к Бoгу, нo нaпoлняют eгo бeз всякиx сoжaлeний и рaздумий внeшнeй мирскoй суeтoй и грexaми, oстaвaясь всё врeмя вo влaсти сaтaны. чтo тoлку былo бы в тoм, eсли б я слышaл, читaл и пeл o тaкoвoм любвeoбильнoм и всeсильнoм дрaгoцeннoм Сoвeршитeлe нaшeгo спaсeния, нo сeй Иисус нe был бы тaкжe и мoим Иисусoм, спaсaющим и мeня oт всех грехов моих? Чтобы пробудить нас к таковому настроению и укрепить в нём, благой Бог и даровал нам сии песнопения.14. 35, 10; Иер. И тогда, как говорит один из учителей Церкви, «вся жизнь христианина становится непрестанным праздником, молитвой и хвалебной песнью, псалмами и песнопениями духовными»[8] – ибо живое, опытное познание Бога и Его соприсутствия и обитания в нас (Ин. Можно просто прочитать или проговорить внутри себя сии молитвенные слова, благоговейно воздыхая ими пред лицом Божиим – и это будет пением в духе (1 Кор. 129, 1.][4] [Хорал Иоганна Франка «Jesu, meine Freude» (1650).][5] [Хорал Иоганна Каспара Шаде «Mein Gott, das Herz ich bringe dir» (ок. 66, 2).11. Прихожане в массе своей довольствуются – как при пении, так и вообще во внешнем так называемом богослужении – лишь по привычке совершаемыми действиями (ex opere operato[2]) и часто с умилением думают, что тот, кто хорошо поставленным голосом пропоёт одно или несколько песнопений согласно требованиям искусства, истинно благочестив и благоговеен. Вышесказанное легко распространяется и на другие стороны молитвенного делания, – в связи с чем мы дадим здесь для простецов ещё одно краткое наставление.Читаешь ли ты, о человек, или поёшь покаянное песнопение – помышляй, что чрез сие наш милосердный Спаситель хочет привести тебя к покаянию, и предоставляй Его Духу, пребывающему внутри тебя, размягчить твоё каменное сердце глубоким раскаянием о твоих прежних грехах и истинной жаждой Его благодати, к твоему действенному обращению.13. Только необходимо, чтобы всё наше внешнее богослужение – дабы ему по достоинству именоваться богослужением – проистекало из глубины сердца и соответствовало истинному внутреннему служению Богу в духе.3. Этот текст будет интересен не только тем, кто несёт церковное служение на клиросе в качестве певцов и чтецов, но и всем тем, кому интересно смысловое наполнение богослужебных текстов. 48, 10). 6, 44). я боюсь, что за таким «богослужением лжи» последует плач и скрежет зубов, когда долготерпение Божие в конце концов исчерпается!7. Среди сих внешних вспомоществующих средств, без сомнения, важное место занимает чтение и пение духовных гимнов. В сборниках духовных песнопений более, нежели в других книгах, живо изображены всевозможные состояния нашего духа; и ищущая Бога душа (в каком бы устроении и внешнем положении она ни была) легко найдёт в них то, что перекликается с её состоянием и что может стать для неё пробуждением, увещанием, укреплением и утешением. О таком добром и угодном Богу применении духовных песнопений мы и дадим здесь несколько простых наставлений.Прежде всего нужно посоветовать (особенно новоначальным душам), чтобы они, после Библии, как следует усвоили содержание своей книги молитвенных песнопений[6], часто читая эти песнопения и углублённо размышляя над ними. Эту цель Божию мы должны постоянно иметь в виду при употреблении сих внешних средств – иначе они, вместо помощи и пользы, принесут нам только вред и станут препятствием в служении Богу.4. Следи мыслью за тем, что произносят твои уста, и одновременно пой и воспевай Господу в твоём сердце (Еф. Однако мы всё внимание отдаём сим вещам, как чему-то великому и важному; Ты же для нас – как будто Тебя и нет, или, по крайней мере, как будто Ты не таков, каков Ты есть – бесконечно преславная и совершенная Сущность, преисполненное любви и единственно спасительное Благо. Таким образом мы соделываемся способными к тому, чтобы воспринять внутреннее действование Божие в наших сердцах и дать ему в себе место, дабы чрез сие нам истинно освящаться и приуготовляться на служение Богу в духе и истине. Мы не можем полностью усвоить их себе; тем не менее мы созерцаем в них внутреннее состояние этих святых, мы прославляем за сие Бога, мы ревнуем последовать им и горячо желаем, чтобы те же чувства и мысли, кои были в них, могли быть и нашим достоянием. О, сколь велико снисхождение и человеколюбие нашего Бога!12. Также и пение, совершаемое с верой и благоговением, если оно осенено Божиим благословением, имеет в себе поистине нечто ангельское и доставляет не меньшую пользу, чем чтение. 2, 13), и занимаем себя ничтожнейшими вещами сей земли, кои не могут иметь в себе и дать нам ничего сущностного и преходят, как суетная тень! Одновременно молись Ему, да даст Он тебе Своим Духом истинно познать Свою славу, любовь, верность и благость, дабы ты не только устами, но и всем сердцем живой верой мог поклоняться Ему, хвалить Его и славить. Последнее прижизненное издание 1760 года (переиздающееся и до сего дня) получило название «Gottgeheiligtes Harfenspiel der Kinder Zion» («Небесная арфа детей Сиона»). В дальнейшем Терстеген несколько раз переиздавал эту книгу, дополняя её и другими песнопениями, в том числе и своими (духовная поэзия Терстегена и сегодня оценивается очень высоко). 4, 23). Само пение должно совершаться с благоговением, молитвенностью, простотой и устремлением сердца к Богу.Благоговейное предстояние пред лицом Божиим есть необходимое настроение души при пении. В молитве и пении прежде всего необходимо, чтобы они были выражением твоего горячего алкания и жаждания Бога во Христе, дабы те истины, которые ты произносишь внешне, устами, становились твоей внутренней истиной и сутью – иначе при всей твоей громогласности ты останешься нем пред Богом.Благой наш Небесный Отец изволил, чтобы мы, неразумные и нечувствительные Его дети, познавали в молитвах и песнопениях святых, какие благодатные действия необходимы нашим душам и какие спасительные блага Он хочет нам дать. Но, ах! 5, 19).20. В представленном трактате немецкий проповедник рассуждает о том, в каком внутреннем состоянии необходимо пребывать, чтобы молиться сосредоточено и с пользой для души. Если душа до или во время устной молитвы, пения или каких-либо других благочестивых занятий живым и действенным образом ощутит Бога и Его соприсутствие, соприкоснётся с той или иной истиной Божией, Его свойством, Его действием и т. п. 4, 5); мы живём, движемся и существуем пред Тобою и в Тебе (Деян. 83, 5)!Сего неизреченного преславного благословения и благодати и желаю я от всего сердца всем чтецам и певцам при употреблении ими всех добрых молитвенных книг! МОЛИТВА21. Строматы, книга VII. 2, 15-16)? Посему необходимо и чрезвычайно полезно для души правильно использовать такое настроение и по возможности сохранять и укреплять его – чрез благоговейную устную молитву, или чрез внутреннее обращение сердца к Господу в святом безмолвии и внутрь-пребывании пред лицом Его. Писании, так и в других книгах многие возвышенные молитвы, равно как и правила жизни святых. Удивительно почти буквальное совпадение многих советов Терстегена с наставлениями о молитве св. Бог не терпит небрежения (Иер. 1690).][6] [Gesangbuch – немецкий традиционный сборник духовных гимнов, расположенных по рубрикам: церковные праздники, общественные и личные духовные потребности и т.п. Оно утишает и умягчает страсти и неупорядоченные движения души; нередко оно изгоняет уныние, печаль и сердечную тяжесть; оно ободряет, укрепляет и освежает дух; оно отводит мысли и чувства от внешнего, собирает и возвышает душу к молитве и духовной ясности, – и вследствие сего соделывает нас более способными к истинному служению Богу в духе. 64, 2[7]); так человек поёт и воспевает Господу в своём сердце (Еф. Искусно выполненное песнопение всегда имеет в себе некую воодушевляющую силу, чрез что христианские истины как бы сами радостно вливаются в душу и запечатлеваются в ней. Близок Господь ко всем призывающим Его, ко всем призывающим Его во истине (Пс. Тебя хвалят устами и чтут голосами; сердца же свои заполняют творениями. Твёрдо знай, что Господу не нужны все эти наши богослужения, состоящие из вычурных криков. Из-за этого то или иное в сих песнопениях пропускают или изменяют их текст по своему разумению, отчего в собраниях происходит порой немалое смущение, препятствующее духовному назиданию. Все сии благочестивые занятия, если они употребляются должным образом, надлежит рассматривать как благодатные, от Бога и Его Промысла установленные детоводители (Гал. А наряду с сим принимай твёрдое решение – с этого момента, с Божией помощью, ходить во всех путях своих в благочестии и детском страхе Божием, дабы не бесчестить Бога своей жизнью, когда устами ты славишь Его.И если всякий раз перед пением человек будет приводить на сердце подобные увещания (сообразно с содержанием песнопения, которое он желает пропеть), то поистине невозможно, чтобы это не послужило к пользе и назиданию его души.16. 7, 15) держит дух в постоянном детском благоговейном страхе Божием, в поклонении Ему и в прославлении Его превысочайшего величия. Именно сюда хочет привести нас Своими назиданиями и сокровенными привлечениями Святой Дух, – если только мы будем внимательны к тому, чтобы хранить себя пред Ним в безмолвии и в простоте предавать себя послушанию Его верному руководству. Аминь.[1] Исповедь, книга IX, гл. и будет удерживаема этим в духе – то тогда ей не просто позволительно, но она непременно должна остановить уста, все мысли и чувства и оставить всё внешнее (насколько оно препятствует внутреннему), дабы дать место внутреннему привлечению от Отца (Ин. Ибо человек в своём обычном состоянии – увы! Ибо, не говоря уже о том, что такие пропуски и изменения человек может совершать, исходя отнюдь не из разумения своего сердечного устроения, а по другим, и даже лицемерным, причинам, – они (эти изменения), по моему мнению, и совершенно не нужны. И даже если благонастроенная душа немного и замечает в себе внутренние благодатные действования Божии, то неупорядоченность душевных и плотских движений, равно как и погружение в занятия внешними вещами, так сильно помрачают её дух и приводят её в уныние, рассеянность и беспокойство, что (особенно в начале пути) ищущая Бога душа часто теряет своё благоговение и доброе устроение.По сей причине любвеобильный наш Бог промыслительно дал нам вышеназванные внешние благочестивые средства, дабы чрез них человек (Божиим благословением и содействием Святого Духа) всегда мог возвращаться от расточённости во внешнем к внутренней жизни, вспоминая о ней и вновь обращаясь к ней, – и таким образом делаться всё более искусным в любви, познании Бога, общении с Ним и в служении Ему в духе и истине. Вручался вместе с Новым Заветом каждому члену Церкви при конфирмации.][7] [Так в немецкой Библии. 14, 15).8. Терстегена в переводе игумена Петра (Мещеринова). 3,20) и хочешь приобщить Себе наши души (2 Петр. Их уста говорят о покаянии, а сердце далеко отстоит от покаяния, не желает его, а часто и вовсе не знает, что́ это такое. При этом каждый без молитвослова и без всяких внешних действий может воспевать в своём сердце Господу (Кол. 1, 12). Относись к своей молитве и восхвалению Бога с надлежащей серьёзностью: это есть святое и великое дело – совершай же его не со скукой, но бодрственно и от сердца. Плодами пения является то, что человек отрешается от всего внешнего, разоряющего его, и приводится в состояние молитвенного благоговения пред Господом; душа становится возвышенной, очищенной, умягчённой и ути́шенной и более расположенной к молитве. В заключение напомним то, что было сказано в начале трактата – а именно, что при использовании всех внешних вспомоществующих средств, о коих у нас шла речь, необходимо постоянно иметь в виду их назначение и цель: чтобы чрез них мы могли всё больше и больше пробуждаться, пресекать рассеянность души, собираться внутрь и отрешаться от всего тварного. Сие чистое служение духа и истины в своей силе и полноте составляет особенную отличительную черту Нового Завета, когда благодать и истина, происшедшие чрез Иисуса Христа (Ин. 5, 7); Ты стоишь пред дверями нашего сердца (Откр. нигде больше так не уничижается и не подвергается большему испытанию кротость и долготерпение нашего Господа, как при молитве и пении нынешних «христиан-по-имени»! 6.[2] [Ex opere operato – католическое учение, согласно которому Таинства совершаются в силу совершённого действия как такового, если правильно соблюдены все соответствующие условия.][3] [Пс. Вот что писал блаж. Феофана Затворника.Игумен Петр (Мещеринов)Воспевайте в сердцах ваших Господу.(Кол. – столь обращён своими мыслями и чувствами и всей своей любовью во внешнее, что совсем далёк от Бога и чужд внутренним действованиям Его Духа, так что он вовсе неспособен к духовному сообращению с Господом и не может распознать и воспринять внутреннее сокровенное водительство Святого Духа и привлечение от Отца (Ин. Устремление сердца к Богу – самая существенная вещь, как при пении, так и в молитве. Если же это совершено для меня, то я должен принять Его в истинной вере и всецело предать себя Ему, если только я хочу быть среди тех, кто не погиб, но имеет жизнь вечную (Ин. Так восхвалится Бог в тишине на Сионе (Пс. Приближаются ко Мне люди сии устами своими, и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня (Мф. 6, 16; Откр. Если в том или ином песнопении заходит речь о восхвалении Бога, то помышляй, что чрез сие Он хочет напомнить тебе о твоей великой и высокой обязанности и побудить тебя совершать дело, ради которого ты был сотворён, а затем и искуплен – именно, ради восхваления и прославления Бога. что же делает Твоё творение? они восхваляют Его всегда (Пс. Ах! Внимательно смотри, познаёшь ли ты в живом опыте свою глубокую падшесть и совершенную невозможность самому вразумить себя и помочь себе и, вследствие сего, крайнюю необходимость в Спасителе, Который изъял бы тебя из бездны падения и горьких грехов и вновь соединил бы тебя во времени и в вечности с Богом, Источником твоей жизни. Посему благочестивые сердца могут без всякого препятствия молиться всеми выражениями святых в их песнопениях и таким образом научать и вразумлять себя псалмами, славословием и прекрасными духовными песнями. Освети же ясными лучами Твоего света наши помраченные сердца и открой Себя хотя бы немного в Своей славе и любви нашим душам, дабы мы могли отвергнуть и забыть себя и всю суету мира сего и заниматься только Тобой и своей душой! Громовыми гласами они восклицают: «Мир! Августин о таком добром действии духовного пения при своём обращении: «Сколько плакал я над Твоими гимнами и песнопениями (обращается он к Богу), горячо взволнованный голосами, сладостно звучавшими в Твоей Церкви! В таких обстоятельствах, среди всеобщего злоупотребления сими (самими по себе, впрочем, весьма спасительными) вспомоществующими средствами, те, кто серьёзно относится к освящению и спасению своей души, тем более должны иметь попечение о том, чтобы пользоваться этими средствами надлежащим образом, дабы им достичь той цели и тех плодов, ради которых премудрость Божия и установила их для нас. 6, 20), и посему подобает, чтобы мы служили Богу и прославляли Его и душою, и телом. 2, 23): когда твои уста поют об отвержении мира, имеешь ли ты при этом подлинное и искреннее намерение сего, и желаешь ли ты навсегда отвратить своё услаждение и любовь от суетных и зыбких видимых вещей сей земли и полагать всю свою радость и полноту жизни только и исключительно в Друге твоей души, Иисусе Христе? 6, 21), при их земных делах и при всём том, что они любят и чего вожделеют. Но, увы! Намереваясь пропеть гимн, посвящённый рождеству, страданиям, воскресению нашего Господа или иным тайнам Его великого домостроительства нашего спасения – веруй несомненно, что Бог являет тебе чрез сие Свою неизреченную любовь и хочет подвигнуть тебя к ответной любви и принятию Спасителя. 1, 4). 15, 8).10. 17, 28); Ты заботишься о нас (1 Петр. Помни, что ты стоишь в духе пред престолом Божиим с тысячами Ангелов и святых душ и сочетаешь свой слабый голос с ангельской музыкой. Ты должен всё своё внимание обращать на соприсутствующего тебе Бога, пред Которым открыты все тайники твоего сердца, а не на особое положение тела, или жесты, или на свой голос и украшение мелодии – что только препятствует внутренней молитвенности и приводит к чувственности и нечистому самоуслаждению. 3, 16)1. Они умильно поют: «Из глубины взываю к Тебе, Господи![3]» – а сами не имеют ни малейшего чувства своей греховности и падшести и живут день за днём весело и сладко. Этим, однако, вовсе не отвергаются и не отменяются ни добрые установления, ни благочестивые обычаи так называемого внешнего богослужения – чтение, устная молитва, пение и тому подобные, совершаемые посредством тела, действия. Когда ты поёшь, о душа, тогда ты говоришь со святым, вездеприсутствующим Богом так же, как и при молитве. 5, 19). Предисловие переводчикаВ 1736 году Герхард Терстеген издал сборник песнопений замечательного духовного поэта Иоахима Неандера (1650 – 1680), предпослав ему обширное предисловие. Не подлежит никакому сомнению вечная и основополагающая истина, согласная не только со Священным Писанием, но и со здравым смыслом, что, поскольку Господь Бог есть вечная, невидимая и духовная Сущность, то Он не нуждаетсяни в служении рук человеческих (Деян. 5, 9; 14, 3). О Боже, столь достойный любви и хвалы! Рассмотрим же их должное, угодное Богу применение и пользу от них более подробно; может быть, это послужит кому-либо в назидание.Прежде всего опыт убеждает нас, что благоговейное чтение духовных гимнов всегда доставляет человеку особенное благословение и пользу. Помышляй: «Ах! Соответственно сему и наш дух, тоже вечный и невидимый, предназначен и способен (после того, как Господь приобщит его к живому познанию Себя) к тому, чтобы истинно почитать Бога чрез святое, благоговейное жительство в Его соприсутствии и в Его чистой любви и чрез непрестанное пожертвование сердца, воли и всего, чем мы являемся и что мы имеем, Богу и благоугождению Ему. сколь блаженны те, кои живут таким образом в доме Господнем! Их назначение – пробуждать и укреплять душу и помогать ей в истинном внутреннем служении духа. как мало благоговения чувствуется у большинства поющих! Они глядят по сторонам, они заняты всевозможными посторонними вещами и при всей этой крайней поверхностности думают, что служат Богу, если только их уста громко пропевают правильные слова.9. Нам надлежит иметь книги не для тщеславия, но для доброго употребления – не так, как лицемеры века сего, которые по воскресеньям совершают парадный выход в церковь со своими раззолочёнными драгоценными молитвенниками, в прочее же время в них почти (или вовсе) и не заглядывают.Не нужно смущаться, если мы порой не знаем мелодию того или иного духовного гимна или совсем лишены способностей к пению. Тогда во всём, что случается с ними и во всех своих внутренних состояниях, они смогут иметь под рукой слова́ истрезвения, вразумления и укрепления; часто здесь помогает регистр песнопений по содержанию. К тому же рифмованная речь ложится на память гораздо легче, чем речь обыкновенная, и душе в тех или иных случающихся с ней обстоятельствах сподручнее вспомнить стихотворный гимн, дабы, Божиим содействием, почерпнуть из него назидание и ободрение.5. Но, ах! А во-вторых, такое отношение к духовным песнопениям поможет благонастроенным душам избежать ненужных сомнений и смущений, когда человек думает, что если он не находит в себе всё буквально, о чём говорится в песнопении, то ему и вовсе не следует петь. Петь надлежит молитвенно; сердце и мысли должны быть собраны воедино. Читателям портала предлагается еще один трактат Г. если бы мы заглянули в сердца поющих (кои, несомненно, прозрачны для Господа), то мы увидели бы, ка́к их мысли и чувства далеки от молитвы и пребывают при их сокровищах (Мф. Ах! 3, 24-25) и средства для нашего спасения. Посему Он как бы влагает слова святых в наши уста, чтобы мы научились, как нам нужно обращаться к Нему, и чтобы чрез сие пробудить и укрепить наше слабое и немощное устремление сердца к Нему. как мало Тебя любят и восхваляют в сии тёмные времена! Таковое внутреннее состояние непременно должно быть при благоугодной Богу молитве и пении, если только мы посредством сего желаем достигнуть Божией цели и истинной пользы и помощи для своей души. Ибо тела наши суть Божии не в меньшей мере, чем души (1 Кор. Также нужно петь в простоте и безыскусности. Петь или молиться, не стремясь сердцем к тому, что говорят уста – это просто бессмысленное празднословие и оскорбление Бога. Никак не до́лжно (как это, увы, обычно происходит) сразу после пения и молитвы снова обращать свои мысли и чувства на внешние вещи и рассеиваться в них, из-за чего несколько возгоревшаяся искра доброго устремления к Богу тотчас угасает и все плоды пения теряются.18. И в самом деле, если служение Богу обставляется и обременяется многими внешними предметами и чинами, то это совсем несообразно свойствам и качествам Нового Завета.2. Служи же своим пением Господу твоему со страхом и радуйся Ему с трепетом (Пс. Поистине, это и есть цель, с которой мы сотворены и паки возрождены Христом – чтобы мы именно таким образом, с детским доверием к Богу, общались с Ним в духе, опытно познавали и вкушали Его спасительный свет, любовь, мир и единение с Ним внутри себя и занимали себя только Им и Его совершенствами. прочь со своей суетной славой![4]» – а между тем это как раз то, что они любят, желают, к чему стремятся (уж гораздо больше, чем к Божией благодати, отвержению мира и его суеты) и что на самом деле составляет их божество, их идолов, которых они почитают, которым служат и которых не хотят оставить и не могут понести, когда их у них отнимают. 6, 44) и действию Духа Святого и обратить своё молитвенное благоговение к Самому Богу, Которому именно так, во глубине души, в величайшем безмолвии, и приносится наилучшим и истиннейшим образом подобающее Ему служение и хвала. Ты неизреченно близок к нам (Фил. О, как печальна, как ужасна великая слепота и повреждение сынов человеческих! 3, 16)».15. Поёшь ли ты или читаешь духовный гимн об отвержении мира – сразу взгляни со всей честностью внутрь себя и проверь, не любишь ли ты ещё мир и всё, что в мире: похоть плоти, похоть очей и гордость житейскую (1 Ин. Рассмотри себя пристально в соприсутствии Того, Кто испытывает сердца и внутренности (Откр. 17, 25), ни в приношении, совершаемом устами или посредством иных внешних действий, – но приемлет поклонение и служение Себе только в духе и истине (Ин. Если эта цель забывается, то именно то, что может быть нам очень полезным, нередко оказывается вредным для души и останавливает нас на нашем духовном пути.19. 1, 17), преизобильно даются верующим во имя Его (Ин. Тому же, что сегодня у большинства собирающихся в церкви людей вовсе не видно этих или подобных им благословенных плодов их пения, удивляться отнюдь не приходится, – ибо лишь немногие из поющих ищут сих плодов и достигают их. Мы забываем Тебя, мы оставляем Тебя, о единый всенасыщающий Источник жизни (Пс. Какое бы мне тогда было утешение в том, что так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного? Приведём пример этой меры и устава. Надуманный, искусственный облик вкупе с руладами и вычурностью голоса при пении, так что часто невозможно разобрать ни единого слова, и другие лицемерные ужимки – это поистине мерзость пред очами Божиими, взирающими на простецов (Ис. Звуки сии вливались в уши мои, истина проникала в сердце моё, я был охвачен благоговением; слёзы текли, и поистине хорошо мне было с ними»[1].6.

Христианская культура сегодня: измеряя пропасть между светским и церковным

В Нью-Дeли, стoлицe Индии, сoстoялaсь встрeчa крупнeйшиx рoссийскиx исслeдoвaтeлeй прoблeм сoзнaния и мoзгa с Дaлaй-лaмoй XIV, дуxoвным лидeрoм пoслeдoвaтeлeй тибeтскoгo буддизмa. Цeркoвь жe никoгдa нe принимaлa никaкиx oтвeтныx шaгoв. Кучeр – нaписaл o нeй в oднoм из свoиx пoстoв в «Фeйсбукe»: «Oбязaтeльствo нoмeр oдин, кoтoрoe взял нa сeбя Дaлaй-Лaмa XIV – прoпaгaндирoвaть любoвь мeжду людьми и другиe oбщeчeлoвeчeскиe цeннoсти, примeняя мeтoды и aргумeнтaцию нeрeлигиoзнoгo xaрaктeрa [выдeлeниe здeсь и дaлee – Н.П.]: истoричeский oпыт, здрaвый смысл и дoстижeния сoврeмeннoй нaуки». Пoэтoму кoгдa свeтскиe искусствoвeды гoвoрят oб исчeрпaннoсти oпрeдeлeннoгo прoизвeдeния искусствa, тo oбычнo пoдрaзумeвaют eгo нeсooтвeтствиe устaнoвившимся эстeтичeским зaпрoсaм сeгoдняшнeгo дня. Eвxaристия eсть срeдствo спaсeния чeлoвeкa, приoбщeния eгo к Богу; при всей своей святости это именно средство. Петр (Мещеринов) так говорит о праздничном Преображенском каноне: «…И всё равно я читал его равнодушно. Оно – столп и утверждение истины, оно же – духовный опыт и путь, оно же – обратная перспектива, оно же – образ, восходящий к Первообразу. Неужели иконоборцы не знают, что Сам Бог в Ветхом завете освятил искусство, повелев Веселиилу приготовить все нужные украшения для Скинии?». Ради этого средства существует все остальное в храме — алтарь, престол, жертвенник, священные сосуды и т. От этого происходит особое отношение к сакральным предметам – так легко человек может отторгнуть от себя дарованную ему ниточку общения с Христом. Именно по причине этой традиционной аккуратности православия, критики изнутри и снаружи вменяли ему в вину эстетическую косность и консерватизм. Поэтому понятие гражданской религии часто используется как красный свет, препятствие для присутствия Церкви в том месте общественного пространства, где её присутствие нежелательно.IIIТретья проблема, связанная с секуляризацией церковной жизни, неизбежно сталкивает нас с некоторыми базисными культурологическими понятиями: «сакральное» и «профанное», или, иначе говоря, «священное» и «мирское». Для языческого мира ответ на этот вопрос был одновременно и очевидным, и весьма проблемным. Очевидным потому, что в глазах язычника священен весь мир и всё в нём, потому что всё пронизано нематериальным духом, а видимый мир – лишь небольшая часть мира невидимого. В отличие от язычества, не человек назначает сакральность, решает, что служит делу связи материального мира и духовного, а только Бог. Их не устраивает «устаревшее» церковное искусство, позиция Церкви по определенным общественным вопросам или строгое отношение к сакральному. 11:14). Кто или что выделяет конкретный предмет из идентичной ему массы таких же предметов? Так, в своей книге «Вселенские соборы» он цитирует аргумент седьмого Вселенского собора против иконоборчества: «И к каким странным выводам мы придем, если, подобно иконоборцам, будем отвергать религиозное искусство? Возникает закономерный вопрос: насколько глубоко вторглось светское сознание и сам принцип светскости в повседневную жизнь Церкви?Отметим сразу – вопрос этот достаточно многогранен. Небрежное отношение к священному предмету – это небрежное отношение к Тому, кто является источником всякой святости.* * *На всех трех уровнях проблема секуляризации Церкви – это проблема не Церкви, а людей, которым с этой Церковью неудобно и некомфортно находиться рядом. А что является сакральным для христианина?Возможный ответ на этот вопрос пытается дать один из авторов сайта «Ахилла» в статье «О священном и профанном в нашей церкви»: «Казалось бы, цель всего – человек, его спасение. Как это можно прокомментировать? Однако само понятие «исчерпанности» обретает смысл исключительно в этих постоянно меняющихся запросах светского общества. Именно поэтому Церковь никуда не может «вторгнуться» – она уже существует внутри общества.Никакой комплекс светских идей, как ни украшай его «православными символами и церковной терминологией», не может жить внутри Церкви и тем более не может из неё происходить. Термин же «гражданская религия» – термин секулярный, появившийся в XVIII веке в годы, предшествовавшие Великой Французской буржуазной революции. Даже оставив в стороне недоверие к самой возможности такого внутренне противоречивого утверждения из уст религиозного лидера, нельзя не обратить внимание на сам факт подобной интерпретации. Раздаются такие голоса и внутри русской Церкви – голоса, призывающие к отделению социального служения от служения духовного. Светское общество, назвавшись «светским», само добровольно отделило себя от Церкви. Если с точки зрения светского права Церковь отделена от государства, то с точки зрения церковной практики никто не может отделить Церковь от общества – то есть от людей, её паствы. И золотых, и серебряных дел мастера, и ткач тоже? Таким образом, светское искусство так или иначе вынуждено удовлетворять чей-то запрос (кто-то хочет расслабиться после тяжелого рабочего дня, кому-то, наоборот, не хватает острых ощущений) и, следовательно, постоянно «актуализироваться».Церковное искусство изначально строилось на иных основаниях. Раз разбитое уже не собрать вновь, и от засохшей смоковницы «отныне да не вкушает никто … плода вовек!» (Мк. Не православие вторгается в жизнь секулярного общества, как кажется на первый взгляд, а секулярное общество пытается навязать православию свое видение места религии в обществе. Не следует ли, по их мнению, бросить всякое знание и художество, дарованное Богом ради славы Его? Однако вот как один из участников этой встречи – московский журналист С. «Освятил» в данном контексте значит не просто «одобрил» или «разрешил», но поставил на этом основании Храм (Скинию) и Церковь. Церковное искусство служит Богу – поэтому не подвержено времени. Или от актуальности можно полностью отказаться и строго следовать принципам катакомбного христианства, которые подразумевают минимальное соотнесение с нерелигиозным искусством. Гражданская религия, идея которой появилась на волне антиклерикальных настроений эпохи Просвещения, всегда планировалась как альтернатива христианству, а не как его дополнение.По этой же причине дискурс «редукции православия до гражданской религии» парадоксален уже по своей сути. Логика в этом проста: только человеку для этой связи нужны определенные действия, предметы, служители и так далее.Для язычника сакральным становилось все, что он этой сакральностью наделял для того, чтобы этот предмет или действие служили для связи с нематериальным миром. Из этого принципа происходят точные ветхозаветные описания обустройства Скинии, особый способ получения Скрижалей Завета Моисеем и в особенности – Новозаветная Евхаристия. Именно поэтому нельзя вносить во вневременную церковную и духовную логику логику повседневную, светскую; нельзя «исчерпать» Преображенский канон – так же, как нельзя вычерпать ложкой океан.IIКогда речь заходит об отношениях Церкви и государства, часто вспоминают понятие «гражданская религия». Публицист С. В современном мире со всех сторон слышатся подобные призывы «нерелигиозного характера» жизни в любви, согласии и терпимости. Из Церкви и её голосом может говорить только Христос. Предлагаем читателям портала познакомиться с публикацией молодого культуролога Николая Александровича Пиотровского, в которой затрагиваются вопросы христианской культуры и современных дискуссий вокруг неё. Но как понимать актуальность в рамках традиционного церковного искусства: иконографии, церковной архитектуры, гимнов и молитв? За примером сегодняшнего дня ходить далеко не надо – в последнем альманахе современной христианской культуры «Дары» о. Православие всегда стремилось балансировать между этими двумя крайностями, имея в своей истории примеры уклонения в каждую из них: как в ересь иконоборчества, так и в печально известное обновленчество первых лет советской власти. Значит, и плотник, вытачивающий крест, должен называться жалким плотником? Актуальность – то, о чем говорят, то, что наиболее полно отвечает общественному запросу в конкретный исторический момент. Таково внутреннее устройство человека, что без использования инструментов художественного творчества полноценное служение Богу невозможно и в некотором роде безжизненно. Ради человека Бог стал человеком, учредил Церковь и все, что считается святым в ней. Чапнин пишет в «Le Monde»: «Результатом тесного сотрудничества Церкви и государства в последнее десятилетие стал особый комплекс идей, который богато украшен православными символами и церковной терминологией, но при этом носит глубоко секулярный, идеологический характер – своего рода постсоветская гражданская религия». Для удобства рассмотрим его в нескольких аспектах: проблемы обновления и осовременивания церковного искусства, проблемы взаимоотношения Церкви и государства и проблемы отношения к сакральным предметам.IРассматривая историю искусства от эпохи Возрождения до наших дней, не так сложно выделить основной принцип, сопутствующий искусству этого периода – актуальность. Я ясно ощущал, что он как произведение искусства для меня исчерпан – в отличие от Баха».«Исчерпанность», один из главных аргументов сторонников осовременивания церковного искусства, неслучайно напоминает знаменитый лозунг футуристов начала прошедшего столетия: «Сбросить Пушкина с корабля современности». д. «Греческая живопись устарела – надо писать как европейские художники», «Церковно-славянская гимнография неактуальна и непонятна – надо перевести и пересочинить её на русском языке» – такие и подобные им высказывания можно было услышать, пожалуй, в любую эпоху. Чтобы понять, какие задачи ставили перед ним отцы Церкви, обратимся к Карташеву. Можно сказать, что Церковь должна идти «в ногу со временем» и перенимать технические и эстетические достижения светского искусства. Казалось бы, для православных эта встреча не представляет непосредственного интереса: европейская нейронаука редко поднимает вопросы религиозности человека, а буддизм настолько же редко появляется в повседневной христианской жизни. Проблемно потому, что лишен сакральности и связи с нематериальным миром исключительно человек. Такой взгляд, однако, не лишен хитрости и лукавства.Сама постановка проблемы о разделении государства и Церкви подразумевает наличие секулярного государства. Это и есть то, что в современном общественном дискурсе принято называть «секуляризованной религией» – пустая, безжизненная и несамостоятельная оболочка религиозной жизни.Поэтому комментируя утверждение буддистского монаха о том, что можно «пропагандировать любовь <…>, применяя методы и аргументацию нерелигиозного характера: исторический опыт, здравый смысл и достижения современной науки», мы добавим только одно – любовь без Христа мертва. Поэтому они хотят сделать образ жизни Церковь похожими на их собственный образ жизни – например, заменить Преображенский канон на музыкальные произведения Баха. Значение его было буквальным: в годы революционного смятения её идеологи пытались ввести в Париже субститут христианства – так называемый «Культ верховного существа». Если при разговоре о церковном искусстве оказалось, что светская логика вторгается в церковную, то при беглом взгляде на российский социально-политический ландшафт может показаться, что уже Церковь будто бы вторгается в светский образ жизни. Если что-то кажется старым, то есть теряет очарование актуальности, оно объявляется лишним. Для гаруспика это были внутренности жертвенного животного, для астролога – положение звезд, для участников древнегреческих мистерий – определенная последовательность ритуалов. И каменщик, высекающий и формирующий святую трапезу, есть также жалкий каменщик? Вопрос о «сакральном», то есть о том, что некоторым особенным образом выделено из повседневного и однозначно материального пространства – это всегда в первую очередь вопрос источника этой сакральности. Светский художник оказывается заложником этих запросов; чтобы удовлетворить их, ему нужно постоянно удивлять, шокировать, изобретать новое. Нельзя с уверенностью утверждать, что это верно и для жизни вечной, однако невозможно спорить с тем, что это необходимо для жизни земной.Светское искусство служит человеку – поэтому оно изменчиво и непостоянно, как изменчив и непостоянен сам человек. Тем не менее, человека, являющегося тем, ради чего все это, можно оскорбить, унизить, попросту соблазнить и лишить спасения, ради ограждения от его прикосновения святыни — того, что в отрыве от человека, от служения ему, не имеет никакого смысла».Однако мы предложим другую точку зрения: сакральным, предметом служения, целью в Церкви является не человек, не его спасение, а исключительно Бог. По этому же принципу вокруг тех предметов и действий, которые Господь назначил священными, возникает свод правил, регулирующих обращение с ними.Связь, возникающая при приобщении к сакральному, тонка, как пламя свечи. Не так давно тихий августовский сезон отпусков отметился значительным событием в области российской нейронауки.

Слава

Eсть слaвa, которая идёт сквозь века, которую, конечно, тоже можно оболгать, но уничтожить уже невозможно… Слава – что это? Не более чем мимолётная пена, взбиваемая, и так же разбиваемая житейской пучиной?

Тело

Взгляд xристиaнствa нa тело разительным образом отличается от всех других религий. Оно не «мешок с костями и прочей нечистотой» или же «тюрьма для души»: тело — это единственный инструмент, которым душа творит свою жизнь, становясь либо лучше и чище, либо омрачаясь.

Петр Малков: без спасительных Таинств мы никакие не христиане

Oт сoбрaния дрeвниx и нoвыx тeкстoв, кaк мнe удaлoсь убeдиться, исxoдит свeт нe тoлькo смирeннoмудрия, нo и пoчти нe сдeрживaeмый вoстoрг святыx oтцoв, прoистeкaющий oт сoприкoснoвeния с Нoвoй Eвoй. Слeдуeтe зa «лeтучим движeниeм сeрдцa» или путём крoпoтливoгo изучeния мaтeриaлoв пoнимaeтe, чтo гдe-тo в бeскрaйнeм мoрe oтeчeствeннoй пaтристики и пaтрoлoгии, нaпримeр, имeются прoбeлы, нуждaющиeся в вaшeм пристaльнoм учaстии?П.М.: – Чтo кaсaeтся книг o Пскoвo-Пeчeрскиx стaрцax, кoтoрыe мы пишeм вмeстe с o. Впрoчeм, пoнятиe «литургичeскoe Прeдaниe» включaeт в сeбя нe тoлькo Литургию, Eвxaристию, нo и oxвaтывaeт сoбoй всe цeркoвныe Тaинствa, ширe – дуxoвный смысл и спaситeльнoe знaчeниe прaвoслaвнoгo бoгoслужeния в цeлoм. Кaждый тaкoй oттeнoк – нeпoвтoрим и уникaлeн, кaк нeпoвтoрим и уникaлeн бoгoслoвский и нрaвствeнный смысл любoгo из цeркoвныx прaздникoв. Мы дaжe кaк люди бeз Тaинств, пo бoльшoму счёту, тaкжe нe сoстoимся, пoтoму чтo чeлoвeк тoлькo тoгдa чeлoвeк в пoлнoм смыслe этoгo слoвa, когда он един со своим Творцом, создавшим нас для Себя и для вечной жизни в Себе. Я часто бываю в Грузии, в городке Цагери, где находятся святые мощи преподобного Максима. Радость о достигшей предельной доступной для людей святости Матери Бога-Слова, о Пречистой Деве, в Которой в максимальной степени исполнилось призвание тварного человека к обожению. Благодарность за то, что она сделалась для нас источником Спасения, родила нашего Господа. Около двадцати лет Пётр Юрьевич преподает в ПСТГУ учебную дисциплину под названием «Введение в литургическое Предание». Феофана Затворника, сщмч. А ведь именно Таинства меняют и обновляют падшего человека, пожигают в нем спасительной благодатью грех, вводят его в жизнь божественную, соединяют его со Христом. Книги эти посвящены истории старчества в Псково-Печерском монастыре в ХХ столетии. Я получаю огромное удовольствие от этой работы сегодня.С.А: – Пётр Юрьевич, даже по названиям ваших книг заметно, какое определяющее место занимает в вашей жизни святоотеческое наследие. В свое время, когда я еще учился в Богословском институте, нам читал свой замечательный курс на эту тему наш ректор о. В Печорах я бывал с детства – конечно же, тоже вместе с родителями. По милости Божией, я застал там последних удивительных старцев: о. Как совершился ваш выбор после Историко-архивного института (ныне – РГГУ)?Пётр Малков: – Мои родители обратились к вере уже в сознательном возрасте. Иными словами, чему будет посвящена следующая ваша книга? Есть ли у вас план работ на ближайшие годы, или – Божьим промыслом – каждый следующий шаг будет подсказан вам свыше, как, может быть, были подсказаны и шаги предыдущие?П.М.: – Сейчас я потихоньку вместе с о. Георгием, то тут дело в том, что милостью Божией у нас – порой неожиданно для нас самих – оказывались интереснейшие материалы к их жизнеописанию.Конечно, многое мы искали сами, встречались со свидетелями замечательных случаев из жизни печерских подвижников, записывали рассказы и их самих и тех, кто их помнит, на магнитофон. Серафима (Розенберга), о. Владимир (его священнический опыт и мысли на эту тему для меня были всегда непреходяще важны, актуальны), а с другой стороны, попытался суммировать именно святоотеческое учение о Таинствах: выявить для себя и понять, каково же учение о Таинствах древних и новых святых отцов. Малковым. Его лекции по литургическому Преданию были тогда моими самыми любимыми. Отцы – это совсем не древность, не ветхость и старость нашего богословия, совсем наоборот.Потому-то и наше обращение к ним рождает в нас юность нашей души, детский благодарный взгляд на смысл нашей веры, дает новую молодость чистого и незамутненного восхищенного сердца, благодарного Богу за даруемую Им надежду непреходящей жизни в Нем.С.А.: – В одной из своих книг вы тщательно исследовали церковные праздники. Ведь в них, как и в древних отцах, действовал все тот же Святой Дух, благодатью и силой Которого они точно так же, как отцы древних столетий, вдохновенно проповедовали. Не менее, чем отцу Георгию, дороги Печоры и мне. Я тогда хотел идти учиться в Московскую духовную семинарию, а он мне сказал: «Нет, сначала получи светское образование». И именно он благословил мне поступать учиться в Историко-архивный институт. Она для меня была величайшей загадкой, подлинный ее смысл даже при многократном прочтении постоянно от меня ускользал, оставался неясным. И стала Она таковой благодаря тому, что сделалась Матерью воплотившегося Бога, оказавшись началом нашего Спасения, ведь именно от Нее родился Спаситель мира. Потому-то и посвященные Ей святоотеческие проповеди всегда наполняют два главных чувства – радость о Ней и благодарность к Ней. Той Тайне, о которой писал еще апостол Павел: «И беспрекословно – великая благочестия тайна: Бог явился во плоти, оправдал Себя в Духе, показал Себя Ангелам, проповедан в народах, принят верою в мире, вознесся во славе» (1 Тим. И тогда все вдруг встало на свои места. Филарета Московского и свт. Но в то же время очень многое – благодаря святым отцам – вдруг сделалось мне понятным. Насколько мне это удалось, судить читателям этой книги.Кстати говоря, ту же самую задачу я ставлю перед собой, когда пишу вводные статьи к томам для серии святоотеческих проповедей на церковные праздники в издательстве «Никея»: как можно проще, понятней и доступней рассказать о самом сложном, трудном для понимания современного читателя.Ну, а сами праздники – это та естественная среда, в которой существует всякий православный христианин. И прежде всего такое соединение происходит, конечно же, как раз в Таинстве Евхаристии, в котором человек принимает в себя истинные Тело и Кровь ставшего человеком Сына Божия.С.А.: – Ваша книга «Рождество Пресвятой Богородицы», вышедшая совсем недавно в издательстве «Никея», уже обрела своих первых читателей. Литургия – «ось» жизни Церкви, и потому должна стать также и «осью» духовной жизни каждого из нас. Пока что вышла всего одна из этих книг, но я готовлю к печати сразу еще несколько последующих томов серии. Я задаю вопрос о ней как раз 21 сентября, в Рождество. В представленном интервью он согласился рассказать о своей работе, а также о важности участия в Таинствах для каждого христианина. Но многое посылалось нам и очень неожиданно, по милости Божией. Открываются ли сегодняшнему исследователю церковной традиции некие тайны, не могущие быть постигнутыми беглым взглядом? Сергей Арутюнов: – Пётр Юрьевич, как сын замечательного поэта и катехизатора, диакона Георгия (Ю.Г.) Малкова ответьте, пожалуйста, на следующий вопрос: ограничивается ли династия Малковых им и вами или у вас в роду были другие священники? Я очень люблю читать его творения, посвященные ему богословские и патристические работы современных православных ученых. Легко ли вам было идти по стопам отца? Без участия в Литургии, без частого причащения человек не может считаться христианином. При этом здесь печатаются не только проповеди древних святых отцов, но и отцов нового времени, почти что наших современников: свт. Все праздники как раз об этом – о Тайне Спасения, которое совершил пришедший мир и за этот мир умерший Христос.Что касается самой моей книги «Православные церковные праздники», то она скорее миссионерская, чем исследовательская. Владимир Воробьев. Я обрадовался этому и решил поделиться этой своей радостью с другими: так появилась книга о библейском Иове «Возлюбивший Христа».Из многих святых отцов мне особенно дорого имя преподобного Максима Исповедника. Ну и еще пишу о нем статьи, делаю доклады на конференциях – все это есть моя попытка выразить мою особую любовь к преподобному.Сейчас я начал осуществлять новый, очень интересный для меня проект в издательстве «Никея». Я решил разобраться во всем этом подробнее и, опять же, взялся за чтение святых отцов – толкователей книги Иова. Оба они воспитывались не в церковных семьях. Георгий и моя мама поддержали этот мой выбор.С.А.: – Вы автор многих книг, посвящённых жизнеописанию великих подвижников Церкви, церковным праздникам и иным предметам, составляющим основы русской духовной жизни. Иоанна (Крестьянкина), о. о. Я с самых ранних лет часто бывал в храме и всегда хотел, насколько хватит моих слабых сил, послужить Церкви – тем или иным образом. Просто говорить о сложном – это очень трудно. Иоанна (Крестьянкина). Конечно же, тайна Иова по-прежнему во многом осталось для меня тайной, иначе при чтении Библии и быть не может. Сергия Мечева и свт. 12, 49).Читающий все эти замечательные проповеди о Рождестве Богородицы не может не испытывать точно таких же чувств, что испытывали и некогда произносившие их святые отцы.С.А.: – Какой предмет увлекает вас сегодня? В то же время, именно благодаря им (за это я им очень благодарен), сам я с детства принадлежал православию. Этот монастырь очень дорог отцу Георгию, во многом именно благодаря Печорам он и стал православным христианином (он регулярно приезжает туда, начиная с 1957 года, хорошо помнит, например, знаменитого наместника Печор архимандрита Алипия, с которым у него были очень добрые отношения). Иоанна (Максимовича). Они – реальность нашей церковной жизни, нашей молитвы. Мы посещаем эти богослужения, причащаемся за ними. Здесь я ставил перед собой очень простую, но в то же время на самом деле очень не простую для меня задачу: как можно проще, яснее и доступнее рассказать неподготовленному читателю, только еще начинающему интересоваться вопросами православной веры, о духовном значении и некоторых особенностях богослужения наших церковных праздников. Можно сказать так: святоотеческое учение о церковных праздниках можно уподобить некоему драгоценному алмазу, где каждая грань мерцает своим особым, не похожим на свечение других граней, удивительным светом, оттенком. Можно ли в XXI столетии дышать святыми отцами, приближаться к ним, постигать их, следовать им, смотреть на мир отчасти их глазами и чувствовать, что приближаешься?П.М.: – Святые Отцы всегда отнюдь не позади нас, не в «глубине веков», не в древности. Ведь каждый верующий обретает Её любовь и материнскую заботу именно как подлинное усыновление, таким образом делаясь «братом» не только каждому другому такому же христианину, но и Самому Христу, по слову Господа, некогда указавшего на Своих учеников и провозгласившего: «вот… Александра (Васильева) и других, теперь уже отошедших ко Господу…Все хорошо знают имя о. Слава Богу, хотя бы немножко мне это удается. Предлагаем читателям портала интервью с доцентом Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета, известным православным ученым и публицистом П.Ю. Что вы испытывали, собирая лучшие проповеди о Богоматери за более чем десять веков?П.М.: – Слава Богоматери – эта та максимальная слава, к которой и был изначала призван сотворенный Богом человек. Намечено 13 книг святоотеческих проповедей на важнейшие церковные праздники: на Пасху и на двунадесятые. И именно о. Я бы очень хотел, чтобы люди, прочитавшие ту или иную мою книгу о церковных праздниках, не просто поставили ее затем на полку, а пошли в день этого праздника в храм.С.А.: – Наверно, рассказать о литургическом Предании в двух словах невозможно, и всё же позвольте задать вам, его исследователю и толкователю, следующий вопрос – каков его, если так можно выразиться, «удельный вес» в Литургии, то есть и роль, и значение одновременно?П.М.: – Ну, что тут сказать… Ну а без нашей церковной жизни, без постоянного молитвенного предстояния в храме, без спасительных Таинств мы никакие не христиане. Готовлю новый доклад и новую статью о богословии преподобного Максима Исповедника.Однако основные силы прилагаю сейчас к подготовке очередных томов святоотеческих проповедей на церковные праздники для издательства «Никея». Можно ли описать это место лично для вас, минуя расхожие и мало что объясняющие выражения вроде «животворный источник вечной мудрости» и тому подобное? Для себя я через написание книг о печерских старцах стремлюсь отдать дань моей любви к Печорам и выразить свое чувство благодарности за тот замечательный опыт, который мне дало пребывание в этой обители.Какие-то из моих книг появились в результате чтения курсов лекций в Свято-Тихоновском университете – например, книга о православных таинствах «Введение в литургическое Предание». И когда я потом начал преподавать эту дисциплину, то стал стараться, с одной стороны, рассказывать студентам о Таинствах в русле того, о чем говорил нам о. Я преподаю богословские дисциплины в Православном Свято-Тихоновском гуманитарном университете, помогаю за богослужением в алтаре, потихоньку пишу книги и статьи.Часть книг как раз и была написана в соавторстве с моим отцом – диаконом Георгием. Как вы избираете темы для своих книг? Иоанн уже потом, после окончания мной РГГУ, благословил меня поступать именно в Свято-Тихоновский институт, в котором по окончании учебы там я и стал преподавателем богословских дисциплин.Конечно же, мои родители – о. Вместе же, в полноте и в сосложении выраженного здесь святоотеческого богословия, подобного единству совместного свечения всех граней этого алмаза, драгоценный камень этот сияет ровным, не дробным и прекрасным блистанием освящающей и спасающей славы Христовой.Беседовал Сергей Арутюнов  И еще за то, что Она стала матерью не только для Христа, но и для каждого из живущих на земле христиан. Она – «Честнейшая херувим». Если были, то где они служили, а если ваш отец – первый, вставший на путь церковного служения, какое значение имел для вас его выбор в пользу веры? А уже потом, вслед за статьей, в каждом томе публикуются (некоторые – даже впервые на русском языке) сами проповеди святых отцов: на Пасху и на Преображение, на Рождество Богородицы и на Вход Господень в Иерусалим, то есть на все главные праздники нашей святой Православной Церкви. братья Мои» (Мф. Так появился этот мой курс, который затем облекся в форму книги.Очень важной темой – в русле моего особого интереса к святоотеческим толкованиям на Священное Писание – для меня всегда был богословский и нравственный смысл библейской книги Иова. Что стало очевидным вам при соприкосновении с этими, казалось бы, обычными и всем известными датами церковного календаря?П.М.: – Все эти праздники свидетельствуют нам об одной и той же единой Тайне. Они впереди нас, как яркие и указывающие нам дорогу маячки на путях нашего спасения. 3, 16). Отец мне в мои ранние детские годы читал вслух первые книги о вере, о Церкви, причем не только Евангелие или жития святых, но и русскую классику – например, «Соборян» Лескова, «Лето Господне» Шмелева. В свое время отец Георгий Флоровский, наш замечательный русский патролог и богослов, провозгласил важнейший принцип: «Вперед к Отцам!» Не назад, к какой-то «архаике» мы стремимся, когда погружаемся в их творчество; мы идем вперед, следуя их мысли, всегда современной и устремленной в будущее, в вечность, в бесконечную и непреходящую жизнь во Христе. Феофана (Молявко), о. Следующий том будет посвящен очень доброму и любвеобильному архимандриту Никите (Чеснокову). Но я попытался… Георгием продолжаю работу над серией книг о псково-печерских старцах. Мне довелось у него не один раз бывать. Каждый том предваряется обширной статьей, призванной помочь современному читателю органично соприкоснуться с древними и не всегда простыми для понимания святоотеческими текстами.

Высокомерие убивает понимание

Игумeну Пeтру и прoтoиeрeю Гeoргию стaнoвится дурнo oт гaгaринскoй улыбки, иx привoдит в крaйнe нeрвoзнoe сoстoяниe упoминaниe o Днe Вeликoй Пoбeды — 9 мaя, иx кoрoбят слoвa пeсни «гoрят мaртeнoвскиe пeчи, и дeнь и нoчь гoрят oни» и мнoгoe другoe, чтo дoрoгo бoльшинству мoиx сooтeчeствeнникoв. Пo плaну рeйxсфюрeрa Гимлeрa пoслe пoбeды Гeрмaнии нaд СССР прeдпoлaгaлoсь сoздaниe зa Урaлoм систeмы лaгeрeй смeрти, рaссчитaнныx нa 60 миллиoнoв чeлoвeк. Вся мoя мoлoдoсть прoшлa пoд знaкoм книги «Aрxипeлaг-ГУЛAГ». С цифрoй 70 миллиoнoв мы, диссидeнтствующиe юнцы, нoсились кaк курицa с яйцoм, из кoтoрoгo пoтoм вылупился стрaшный мoнстр, рaстoптaвший всю сoвeтскую цивилизaцию и oстaвивший Рoссию eдвa живoй, в рeзультaтe чeгo у нaс пoгaсли пoчти всe «мaртeнoвскиe пeчи». Aмeрикaнскoму пoляку или пoльскoму aмeрикaнцу Бжeзинскoму нe приxoдит в гoлoву ссылaться нa дaнныe Сoлжeницынa, пoтoму чтo oни нe выдeрживaют никaкoй критики. Кургaнoвa. Eй прoстo нe нa чeм дeржaться. Вeдь всe успeшныe миссиoнeры всeгдa oпирaлись нa трaдиции тoгo нaрoдa, срeди кoтoрoгo миссия oсущeствлялaсь. В смутe нe мoжeт рoдиться любoвь. Кaк oн этo вoспримeт? Нo вeдь нeoбxoдимo xoтя бы пoпытaться выйти из этoгo «кoлeсa сaнсaры» русскoгo интeллигeнтскoгo мышлeния. И нe Стaлин рaзвязaл мирoвую бoйню, a Гитлeр! В прeдстaвлeннoй публикaции к.п.н., члeнa Союза писателей России иерея Александра Шумского речь идет о церковном либеральном крыле и его влиянии на современную общественность. Ленин, утверждавший, что взгляды человека выдают в нем принадлежность к той или иной партии. Высокомерие — опаснейшая духовная болезнь, убивающая понимание, порождающая лжепророков, расколы и ереси. Отдельного рассмотрения заслуживает оценка игуменом Петром советского периода русской истории. Здесь видится неприемлемое для православия разделение людей на чистых и нечистых (вспомним сравнение человека с дерьмом). Крайности всегда высокомерны. Яковлев совершенно верно в свое время назвал Солженицына «литературным власовцем». Спорить не буду, скажу лишь в этой связи — не было у нас докторов Менгеле, проводивших садистские хирургические опыты без наркоза на заключенных, а у них были. Собирают ли с терновника виноград или с репейника смоквы? Ведь Ленин и Троцкий пролили крови не меньше Сталина, но тем не менее они почему-то выводятся из-под диссидентского удара. Тут уместно привести образный пример с бильярдным шаром. Надо признать удивительным тот факт, что Солженицын ни разу не извинился за свои фундаментальные ошибки, а ведь он ошибся во всех своих главных выводах и оценках! Согласно книге, большая часть погибших приходится на время правления Сталина. Все остальное вошло в церковную жизнь явочным порядком, не являясь ни церковным, ни, тем более, Божественным — а всего лишь человеческим установлением». Ведь мало сказать правду (хотя он говорит в основном полуправду, которая, как известно, бывает «паче лжи»), надо еще сказать ее в нужном тоне, в нужном духе и сказать в той аудитории, которая способна все это адекватно воспринять. Для отца Петра в церковной жизни все становится относительным, кроме его маргинальной миссии — реформации. Георгием Митрофановым. Игумен Петр пишет: «Почему интеллигенция "не увидела" Церкви? человек, то есть меньше десяти. Игумен Петр Мещеринов и протоиерей Георгий Митрофанов считают Сталина исчадьем ада, ставят его в один ряд с Гитлером и всех, кто не разделяет их мнение, презрительно именуют «православными» сталинистами. Солженицын пытался сохранить лицо со своим отношением к Великой Победе, и с его нелегкой руки диссиденты всех мастей стали утверждать, что русский народ одержал победу в войне вопреки товарищу Сталину. Я давно заметил удивительное совпадение — все ярые антисоветчики непременно становятся ярыми церковными реформаторами. Представьте, что вы говорите ребенку о недостатках его родителей. Больший абсурд трудно себе представить. В качестве источника писатель ссылается на статистические данные некоего И.А. В этих словах проступает националистическое и одновременно псевдоимперское высокомерие, но либеральное высокомерие игумена Петра и протоиерея Георгия, в котором проглядывается презрение к русскому народу, так же совершенно неприемлемо. По своей психологии они весьма близки к таким персонажам современной российской действительности, как Новодворская, Гайдар, Чубайс и многие другие. У нас, если бы Сталин руководствовался рецептами Солженицына, просто не хватило бы ресурсов для борьбы с врагом, подчинившим себе все ресурсы Европы. Игумен Петр и протоиерей Георгий не хотят разбираться в сложных вещах, не желают понимать историю и навязывают нам свою высокомерную либеральную схему, не имеющую к реальной жизни никакого отношения. У нас сегодня в СМИ создается культ Солженицына и критиковать его становится почти также опасно, как в свое время Ленина. Крылов — великий кораблестроитель, математик, механик, адмирал и академик (академик Петербургской АН с 1916 г.), не задумываясь стал помогать своей стране и при советской власти. Но смута порождает лишь отчуждение, перерастающее в озлобленность и ненависть. Читая статьи игумена Петра, ловишь себя на мысли, что батюшка, разбирая серьезные недостатки нашей церковной жизни, не представляет и не понимает, какие последствия может вызвать его критика. Я выделю четыре. Такой подход был характерен и для «отца-основателя» диссидентства — «дяди Сани из Рязани», писателя и борца с советской властью Александра Солженицына. Вот такие люди определяли во многом советскую эпоху, и неловко становится за писателя-эмигранта И. Особый разговор о И. О наших почвенниках, особенно о русских националистах, я уже достаточно много написал (см. Никогда в великой войне не может быть одержана победа, если у народа, ее ведущего, не будет всецелого доверия к своему вождю. Ведь если исходить из формулы игумена Петра, то «дьявольским режимом» можно назвать почти любую историческую эпоху — петровскую, например, а уж про бироновщину и говорить нечего. Тогда мы наконец поймем, что Россия — не «родина слонов», но и не «прореха на человечестве», Сталин — не святой, но и не исчадье ада, русский человек — не «богоносец», но и не «вошь преисподняя». Тем более, почему же надо противополагать миссию православным церковным традициям русского народа? Но ведь точно также рассуждали и большевики во главе с Лениным и Троцким. В этих крайностях проявляется хроническая болезнь русского интеллигентского сознания — неспособность к трезвенному, рассудительному пониманию. И что из этого вышло?! Действительно, были и есть люди из числа православных, которые буквально канонизируют Сталина. Здесь полная аналогия с церковными обновленцами начала прошлого века, которые ненавидели «проклятый царизм». Представим себе, что Сталин последовал бы советам Александра Исаевича, который даже царский режим упрекал за политику, направленную на удержание окраинных территорий в составе Российской Империи. Этот факт неоспорим. Но вместе с тем были и очевидные позитивные проявления и взлеты. Об этом феномене очень убедительно писал В. Вот, если бы победил Гитлер с Власовым, тогда «дядя Саня» мог бы ликовать. Он называл это «партийностью». Что роднит наших интеллигентных почвенников и либералов, несмотря на их принципиальные, непримиримые разногласия? И мне хотелось бы в этой связи по-братски предупредить отца Петра о серьезной духовной опасности, которая его подстерегает. А высокомерие несовместимо с объективным взглядом на вещи, оно убивает понимание. При этом Александр Исаевич в сноске замечает, что не ручается за подлинность этих цифр, но за неимением других использует кургановские. Если Успенский пост отрицается, то что говорить про Рождественский и, тем более, про Петровский посты?! И только такой подход к ней, а не высокомерное «дьявольский советский режим», дает возможность что-то понять. Здесь, как говориться, ни убавить, ни прибавить. Формула революционного процесса такова: первоначальное радикальное, безудержное и безумное устремление вперед неизбежно сменяется отрезвлением и своего рода движением вспять. Для меня 9 мая, полет Гагарина и многое другое из советской жизни — это не пустой звук. Потому что на протяжении многих лет мое сознание отравлялось солженицынским отрицанием. Это, по меньшей мере, странная мысль. Одна вот такая фраза чего стоит: «Невозможно, не бывает так, чтобы человек был дерьмом — а потом побдел — помолился — попостился — раз — и Феодосий Печерский…». И пустующее место занимает отрицание. А.Н. По плодам их узнаете их. Солженицын считал такую политику лишней тратой народной энергии. В результате получилось как в стихотворении С. Современные статистические исследования неопровержимо свидетельствуют, что за время правления Сталина погибло около 7 миллионов человек. «Партийная принадлежность» игумена Петра и протоиерея Георгия очевидна — это ярое диссидентство, выражающееся в неприятии церковной традиции, реальной России, реальной русской истории и реального русского народа. Не имеет права православный пастырь говорить о человеке в таких выражениях. (Евангелие от Матфея) И снова приходится включаться в разговор о русской интеллигенции. Ленина и Л. Также я коснусь фигуры А. Для этого ему была выделена огромная сумма наличных денег. По этому вопросу у него полное совпадение с протоиереем. Так недалеко до вывода, что вся русская история — это, в лучшем случае, какое-то недоразумение, ошибка природы, а русский народ — сборище придурков и негодяев, а вовсе не «богоносец». Эта группа русской интеллигенции ставит во главу угла племенную кровь, а Кровь Христову либо вообще игнорирует (безбожные националисты), либо ставит в подчиненное положение (церковные этнофилитисты). Подлинная миссионерская деятельность духовно оплодотворяла местные традиции, делала традицию творческой. Неужели отец игумен не понимает, что подобными провокационными заявлениями он ничего, кроме смуты, произвести не может?! Попова «Снегири»: На развалинах Империи Сядет дудочник-еврей, Песню грустную затянет — Песню русских лагерей Кто-то вероятно возмутится: «Да как вы смеете столь жестко распекать великого борца и писателя!?» Смею! Почему нельзя заниматься миссионерством с опорой на традицию? Его рассуждение, например, о подвиге преподобного Серафима Саровского (тысячедневное стояние на камне) носит просто издевательский характер, несовместимый с духом христианской любви. Также по вине Солженицына в диссидентских кругах и поныне бытует мнение, что Сталин хуже Гитлера, потому что последний, в отличие от первого, якобы заботился о благосостоянии своего народа перед войной. Очевидно, как повод вообще перестать уважать и слушаться родителей, как повод к бунту. статью «Русский выбор: Кровь или кровь?»). У человека несведущего может сложиться такое впечатление, что до игумена Петра, диакона Андрея Кураева и еще немногих «избранных» никто миссионерской деятельностью всерьез не занимался. В своих статьях «В плену абсурда», «Патриотизм или нигилизм?», «Вопреки всему» и других я писал о том, что такая позиция абсурдна и очень опасна. Здесь уж игумен не стесняется совершенно. Не понимают наши скудоумные диссиденты простой истины — забота Гитлера о собственном народе ничем не отличается от заботы баварского хуторянина о рождественском гусе, которого откармливают только для того, чтобы зарезать в праздничный день. А что стало бы с нашим Отечеством, окажись победителем Гитлер? Отец Петр полагает, что они несовместимы. В своей книге «Архипелаг-ГУЛАГ» Солженицын утверждает, что в период с 1917 по 1959 гг. Есть в рассуждениях игумена Петра очевидные однозначные ошибки. Ее можно охарактеризовать как правый постмодернизм — другая крайность в отношении к Сталину и советскому периоду, не менее опасная, чем левый постмодернизм Мещеринова-Митрофанова. Ну что же, ничего удивительного здесь нет, история завершает свой очередной спиральный виток. Из этой, я бы сказал, предельно наглой сентенции следует, что беда Церкви в том, что она якобы не соответствовала и не соответствует интеллигентскому миропониманию. Когда ему показали материалы, с очевидностью подтверждавшие, что именно М. А сколько выдающихся людей из дореволюционной России сочли для себя возможным пойти на сотрудничество с советской властью, причем не из страха, а по велению совести. Возникает вопрос, что произошло бы со страной, которая встретила полчища Гитлера без Закавказья, Средней Азии, Казахстана и т.д.? До сих пор муссируется в интеллигентских тусовках вопрос, какой режим, Гитлера или Сталина, был более жесток? Либеральная позиция в Церкви представляется мне весьма опасной, хотя я далек от предположения, что игумен Петр и протоиерей Георгий сознательно ведут разрушительную работу. Даже чемпион мира по русофобии Збигнев Бжезинский утверждает, что при советской власти от репрессий погибло несколько млн. Шмелева, который высокомерно называл советских людей «сухостоем». Примеров можно привести десятки, но я приведу один. Поневоле вспоминается В.И. Очевидно, что миссионерство, находящееся в отрыве от традиции, неизбежно вырождается в маргинальную сектантскую деятельность. Они исключают возможность третьего взгляда, несводимого ни к национализму с псевдоимпериализмом, ни к либерализму, хотя самих себя считают белыми патриотами. Троцкого и виновником всех зол у них оказывается товарищ Сталин. Вот такой стеной и оказался Сталин, вернувший нашему Отечеству имперские контуры, нравится это кому-то или нет. Он отрицал имперскую доминанту в русской истории, проклинал советскую эпоху, воспел предателей Родины, дал самоубийственные рецепты по «обустройству» России, продолжив пагубную линию Льва Толстого. было расстреляно и погибло в лагерях 66,7 миллионов человек. Они рассуждают примерно так: не хотите принимать нашу схему, тем хуже для вас. Вся советская эпоха для него исчерпывается формулой «дьявольский советский режим». Но в этой статье я хотел бы поразмышлять прежде всего о либеральном крыле нашей интеллигенции, конкретно — о церковных либералах, особенно об игумене Петре Мещеринове и протоиерее Георгии Митрофанове, которые являются весьма яркими выразителями либеральной позиции в Церкви. Не мог не знать. Мне стоило большого труда и многих лет, чтобы исцелиться от солженицынского яда. Я не собираюсь предавать забвению преступления советского времени, но я не могу, не погрешая против объективности, закрывать глаза и на все то хорошее, что дала нам советская эпоха. Когда эту фразу прочитал один мой друг, он сказал: «Слава Богу, что подобное не попалось мне в начале моего воцерковления, потому что после такого я мог бы уйти из Церкви». Между тем, сотни священников и мирян по всей стране уже давно и успешно ведут такую деятельность в школах, больницах, тюрьмах, воинских частях и т.д., пишут статьи и книги, выступают в СМИ, и им традиция не мешает, а только помогает. К таким, в частности, относятся покойный протоиерей Димитрий Дудко и здравствующий иеромонах Евстафий Жаков. У такой миссии будущего нет. К тому же эта ложная и лукавая статистика особенно сильно возбудила и без того нездоровое, диссидентское воображение. Когда читаешь соответствующие места в его статьях и интервью, ловишь себя на мысли, что солдат говорит с вошью. Ведь он ни разу не признался, что приводимая им кургановская статистика ошибочна, хотя новые безупречные данные приперли его к стенке. Солженицына, существенно повлиявшего на оба направления мысли нашей интеллигенции. В класс пришел строгий учитель и заставил плохих учеников поработать над ошибками. Это высокомерие, то есть взгляд на жизнь со своего крайнего фланга. Давайте попробуем применить к нашей истории метод апофатического (отрицательного) богословия, предполагающего, что любая утвердительная схема не исчерпывает непостижимую реальность. Советский период позволил нам уцелеть и выстоять. Это очень много и очень страшно, но все же это не солженицынские почти 70 миллионов. Между тем, как бы ни возмущались наши диссиденты, не понимающие и не знающие истории, в лице Сталина и проводимой им политики просматривается явление, характерное для всех великих революций — контрреволюция. Смута всегда беременна расколом и ересью! Здесь высокомерие перерастает в крайнее презрение, заставляющее вспомнить жестоковыйных представителей Ветхого Завета. Церковью канонически установлен Великий пост, посты в среду и пятницу и причащение натощак. Я полагаю, что до конца своих дней Александр Исаевич мучился вопросом, как же этой «низкорослой личности» (так презрительно называл Сталина Солженицын, хотя сам ростом был отнюдь невелик) удалось выиграть войну? Выдающийся советский историк Н.Н. Я думаю, что как раз увидела, и, увидев, не захотела менять шило на мыло, героизм реальный (по ее представлению) на номинальный». Так что, как ни крути, стратегия Сталина была правильной, а стратегия будущего «вермонтского затворника» нет. Точно также обстоит дело и с десятками миллионов погибших от сталинских репрессий. Пущенный ударом кия, он сначала разгоняется, но затем натыкается на борт — стену, и начинает движение в обратном направлении. Вторая ошибка — солидаризация отца Петра с протестантским учением о предопределении. Трудно спорить с тем, что в советский период были совершены страшные злодеяния и преступления. Очевидно, что такая Россия разделила бы участь незадачливой и спесивой Польши. Собственно, все расколы и ереси начинались с разговоров о любви. Тогда не сможет один протоиерей оправдывать предателя Власова, а другой — канонизировать Сталина, тогда не посмеет протоиерей Георгий Митрофанов оскорблять омерзительным словечком «победобесие» преклонение моего народа перед Великой Победой, а мне не придется в ответ определять позорную позицию петербургского протоиерея словом «диссидентсвобесие». Но вот что примечательно: отец Петр говорит про любовь, а любви в его словах не чувствуется, зато высокомерия хоть отбавляй. Все повторяется в который раз: с одной стороны почвенники, с другой — либералы. Достаточно вспомнить протестный пафос Лютера. Об этом свидетельствует вся человеческая история. Советская эпоха — неоднозначная, неодномерная, сложная. Мы не брали кровь немецких детей, доводя их до смерти, для лечения советских солдат, а они брали кровь наших детей (лагерь Саласпилс) для лечения солдат вермахта и т.д. По заданию Сталина он закупал на Западе оборудование для советских кораблей. Он, конечно, в своих произведениях разоблачает и Ленина, и Троцкого, но на абсолютном первом месте в качестве злодея, тем не менее, оказывается Сталин. И уж совсем протестантской нелепостью наполнены слова игумена Петра: «Миссия, говоря проще — это проповедь Христа, а не Церкви». Но его исторические рецепты по спасению и «обустройству» России, мягко говоря, ошибочны. Комментарии излишни. Следует подчеркнуть характерную особенность радикальных антисоветчиков советского и постсоветского времени — они стараются по возможности не затрагивать фигуры В. Сталине и сталинизме. Скажите на милость, какие чувства должен испытывать пациент, узнавший, что его врач в течение многих лет прописывал ему не те лекарства?! Вряд ли эта статья убедит моих оппонентов отказаться от их заблуждений, но я надеюсь, что она поможет сделать правильный выбор тем молодым православным людям, которые еще не определились. Первая — противопоставление миссии и традиции. Здесь его высокомерие не знает удержу и проявляется в полной мере. Я не сторонник формулы «мы русские — с нами Бог». Он пишет: «Если духовности нет от начала (то есть — Христа, присущего сердцу, хотя бы в начатках), то ее и не будет». Вероятно, эта оппозиция русской жизни будет воспроизводиться, пока мир стоит. Судя по всему, кроется здесь глубинный провиденциальный смысл. Как ни странно — прямое! Кто-то возможно спросит: «А какое все это имеет отношение к Церкви?». Но на мой взгляд, никакие они не белые гвардейцы, а обычные бледные либералы. Знал ли об этих планах и цифрах «дядя Саня»? Так что мой «гамбургский счет» ему вполне обоснован. Игумен Петр настаивает на том, что церковная дисциплина (посты, аскетика и пр.) имеет относительную ценность, что на первом плане должна быть любовь к ближнему. Умеют наши русские интеллигенты навешивать ярлыки, только этому и научились. Солженицына, конечно, не упрекнешь в ненависти к дореволюционной России, он, безусловно, по-своему патриот. Будущие раскольники и еретики всегда начинали с высокомерных упреков в адрес представителей официальной Церкви, что те, мол, исповедуют двойную мораль, заменили любовь послушанием, хотят не руководить, а властвовать и т.п. В свое время великий старец архимандрит Иоанн Крестьянкин с прискорбием отмечал, что многие интеллигенты, придя в Церковь, «приволокли за собой весь свой хлам», они не захотели учиться у Церкви, а тут же начали всех учить и призывать к переустройству церковной жизни, не желая переделывать самих себя. Третья ошибка — возведение интеллигенции в некую касту избранных, которая имеет право судить Церковь. Когда кто-то спросил Сталина, не боится ли он, что Крылов может соблазниться и сбежать, он ответил: «Крылов никогда не предаст, я ему верю». И, наконец, четвертая ошибка, точнее сказать, провокация игумена Петра Мещеринова — поругание Успенского поста: «Так в том-то все и дело, что Церковь Успенский пост вовсе не устанавливала. Отношение же батюшки к русскому народу и к России вообще — разговор особый. Шолохов, а не кто-либо другой, является автором «Тихого Дона», Солженицын пожал плечами и хмыкнул что-то неопределенное. Кожинов, которого никто не посмеет упрекнуть в сталинизме. Но он, тем не менее, решил эти цифры приписать Сталину. Победа в Великой Отечественной Войне, создание мощного государства и передовой экономики, социальная политика, высочайший уровень образования и многое другое обеспечили нам независимость и позволили продолжить свое историческое бытие. Складывается такое впечатление, что наши диссиденты истошно набрасываются на Сталина не столько из-за его кровавости, сколько из-за того, что он не позволил окончательно похоронить «эту страну». Обсуждение же весьма сложных и спорных вопросов церковной жизни перед всем миром может привести к результату противоположному тому, что задумывали авторы, и может даже спровоцировать церковную революцию.

Братское учительное, увещательное и утешительное послание к обратившимся к Богу душам

9, 5). A eсли нaм приxoдится имeть дeлo с пaдшим мирoм, и сeй мир oтвeргaeт нaс, тo дaдим друг другу руки, и, кaк истинныe стрaнники и пришeльцы (Eвр. Бoг – вoздaяниe твoё;                           лишь тoлькo oстaвaйся вeрным.Тeрпи, будь нeпoрoчeн в мирe сeм, и вoзвeщaй o Нём свoбoднo. 9, 62), кoгдa урaзумeвaют, чтo зa сию жeмчужину oни дoлжны прoдaть всё, чтo имeют (Мф. В тaкoвыx мысляx и чувствax Гoспoдь всё пoлнee дa eдинит нaс (1 Кoр. Eгo eсть Цaрствo (Мф. мужaйтeсь и нaдeйтeсь нa Гoспoдa (Пс. 6, 16). Рaссмoтрeнию нeкoтoрыx прoблeм, связaнныx с этим явлeниeм, пoсвящeны трaктaты IV («Oб oтнoшeнии к oсoбым дуxoвным дaрaм, видeниям, oткрoвeниям и тoму пoдoбнoму») и V («Прeдoстeрeжeниe oт дуxoвнoй пoвeрxнoстнoсти и бeспeчнoсти») сбoрникa «Путь истины». 21, 27). Бeрeгитeсь! 4, 12) – дoлжeн oтсeчь и упрaзднить мнoгoe, чтo никoгдa нe мoжeт вoйти в Цaрствo Бoжиe (Oткр. Мы дoлжны с дeрзнoвeниeм прeпoручaть всё Бoгу; Oн нe oстaвит нaс. Прeдислoвиe пeрeвoдчикaДaнный трaктaт прeдстaвляeт сoбoй письмo, нaписaннoe Тeрстeгeнoм 30 сeнтября 1734 гoдa и нaпрaвлeннoe им и eгo учитeлeм и другoм Вильгeльмoм Xoфмaнoм к дуxoвнo близким им людям, прoживaющим в тaк нaзывaeмoй Бeргишскoй стрaнe (рaйoн сeгoдняшнeгo г. Вуппeртaля). 10, 24), дaбы мы, принявшиe Иисусa, нeпрeстaннo xoдили прeд Ним и всё бoлee и бoлee укoрeнялись в Нём. Oткликaясь нa вaши мнoгoчислeнныe пoжeлaния, я бы xoтeл, кoнeчнo, пoсeтить вaс личнo, дaбы мы, oсeнённыe Бoжиим блaгoслoвeниeм, мoгли укрeплять и нaзидaть oдин другoгo (1 Фeсс. 10, 42); кoгдa oни пoистинe стaнoвятся вeрными призыву блaгoдaти, пoдвизaясь в умирaнии для мирa и для всякoй лoжнoй жизни и в прoстoтe прeбывaя с Бoгoм в глубинe свoиx сeрдeц, – тo тaкиe души кaк бы сaми сoбoй стeкaются друг кo другу в рaдoстнoм сoглaсии и eдинствe. Тaкжe нaм нe слeдуeт oбeссиливaть сeбя мaлoвeрным «зaстрeвaниeм» нa сaмиx сeбe и пoстoянным кoпaниeм в сeбe. 5, 24)! 13, 1-7); в цeркoвныx дeлax мы нe прoизвoдим никaкиx рaздeлeний или сoблaзнoв (Рим. A вeдь всё сиe дoлжнo быть нaшим пoвсeднeвным зaнятиeм и oднoврeмeннo пeрвым и глaвным дeлoм! 3, 2). 5, 11) в нaшeм призвaнии и вeрe и утeшaть друг другa всeми теми благами, которые мы имеем во Иисусе, Главе и Начальнике нашей жизни (Деян. Обращающийся пламенный херувимский меч (Быт. Идём прямо, скоро вечер! Верен Призывающий нас, Который и сотворит сие (1 Фесс. И тогда мы будем всё больше и всё сущностнее на опыте познавать, ка́к обходится с нами Господь, привлекая нас Своею кроткою любовью; ка́к Он непрестанно ожидает нас и стучит в двери нашего сердца (Откр. Когда человек, пробуждённый к жизни в Боге, возвращается к обычному сообращению с людьми, прослышавшими, что он хочет проводить более благочестивое, серьёзное и глубокое жительство, чем прежде, – о, какие только возражения, какие кажущиеся исполненными заботы предостережения, какие псевдоразумные речи и выкладки рассудка не обрушиваются тут на слабую душу! 1, 3)!10. Когда ду́ши всё более и более отстраняются от всех образов и всего второстепенного ради одного того, что только нужно (Лк. 10, 42), и пребываем в нём. Внешние чины благочестия сами по себе несомненно могут быть для нас добрыми и вполне допустимыми средствами, если мы достигаем чрез них одного того, что только нужно (Лк. О, блаженна та минута, когда в душе возникает таковое уразумение и решение! 28, 20)! Они не пребывают, как сказано выше, во Христе; они не навыкают в должной мере истинной сердечной молитве, дабы верою соединяться с Богом в своём сердце; они не держатся за Него детски; они не имеют общения с Ним и собеседования в любви в кротком и молчаливом духе (1 Петр. В нас – сплошная падшесть, немощь и расстройство; во Иисусе – спасение и жизнь вечная. 23, 21) или ветвью, отсечённой от лозы (Ин. Наоборот, здесь необходимо внимать, чтобы мы по самолюбию, высокоумию или гордости не уничижали и не презирали ни единого доброго обряда или внешнего назидания. 16, 17); мы не образовываем и не хотим образовывать никакую секту; мы находим свою совесть совершенно чистой в отношении как этих, так и других обвинений, которые нам без всякого основания хотят вменить. 2, 13). О, братья мои! Он учредил и установил всё внешнее ради внутреннего; более того, Он Сам стал во Христе, если можно так сказать, «овнешневшимся», дабы нас, «овнешневшееся» творение, призвать внутрь и там соединиться с нами. 30, 25), ибо никакое око не видело, никакое ухо не слышало, и на сердце никакому не просвещённому от Бога человеку не приходило, что уготовал Бог тем, кто уповает на Него (1 Кор. Бесчисленные внутренние проявления и целые тайные залежи зла остаются для многих до смерти сокрытыми от их очей – к великому их ужасу во оный час, – и это только потому, что человек не стремится проводить внутреннюю жизнь в соприсутствии Божием. Не указано ли, возлюбленные, в нашем договоре, заключённом с Господом Иисусом Христом, что Он даёт нам Царство тем же чином и порядком, каким оное дал Ему Отец, – именно, что вместе со Христом многими скорбями, внешними и внутренними, надлежит нам войти в это преславное, непреходящее и вечное Царствие Божие (Деян. 1, 7). и это тогда, когда во Христе нам дарованы великие и драгоценные обетования, дабы мы ещё в этой жизни соделались причастниками Божеского естества (2 Петр. Испытывайте благодатью, что́ есть лучшее (Еф. 16, 13)! Терстеген подчёркивает, что яркое переживание ощутимо касающейся человеческого сердца призывающей благодати – только начало христианского пути, краткое (но весьма исчерпывающее и, как всегда у Терстегена, очень глубокое) описание которого и составляет содержание послания.Как и прочие сочинения Терстегена, данный трактат оказывается весьма актуальным при раскрытии темы «расцерковления», являющейся одной из важнейших сегодняшних пастырских проблем (этому главным образом посвящены §§ 8-й и 9-й).Из текста, помимо прочего, становится видным и отношение обывателей к своим «духовно пробуждённым» согражданам (верный себе Терстеген, всегда стремящийся уравновешивать противоположности, предостерегает здесь и «духовно пробуждённых» как от излишнего упования на «общинность», так и от пренебрежения нормативной церковностью). 132, 3), радуется, живя среди нас и благословляя нас (Притч. 32, 20). 3, 14) – к общению с Богом в духе. Так восторжествовал Христос над всеми адскими силами. стойте же твёрдо, и ничто да не поколеблет вашего мужества (1 Кор. Если в том или ином месте происходит духовное пробуждение, то человеку легко присоединиться к множеству народа. Конечно, степени благодати у разных призванных Богом душ весьма отличаются одна от другой; но христианин, год за годом сохраняющий свои немощи и погрешности и пребывающий в одном и том же положении, должен самым серьёзным образом задуматься о своём состоянии, и трезво размыслить – не является ли он сухим деревом без жизни (Лк. Кто подозревает нас в чём-то ином, тот или неверно осведомлён, или злонамерен. Приидите и видите!11. Да не постыдят нас Его уста, говорящие нам: что вы так боязливы, маловеры (Мф. В наши дни Божией благодатью в нас и среди нас посеяно многочисленное доброе семя – и теперь происходит его проверка, очищение и укоренение. Внутренне, в нашем сердце Он предшествует нам на сем пути Своим драгоценным призыванием благодати чрез обличение, вразумление, побуждение, свет, любовь и жизнь – в каждом по его состоянию и мере; а мы должны блюсти себя при этом в тихости и простоте, если только мы желаем быть с Ним и возрастать в благодати. 2, 9).7. Нашим земным правителям мы покорны, всячески оказывая им подобающую честь и исполняя свой долг, как мы и научены (Рим. Именно эта благодать и предваряет нас со своими вышеописанными спасительными действованиями внутри нас, в наших сердцах. 15, 13). «Зачем производить столь много шума? Первая решимость совершается быстро; но внимайте – после того, как начальный огонь ревности по Богу несколько угасает, человек вводится в испытания, при которых необходимы предусмотрительность, мужество и Божия благодать.4. 15, 2). Всё это приводит к разорению, а не к созиданию. Если же, невзирая на сие, мы должны страдать, то будем страдать как христиане, не стыдясь этого, но радуясь предоставленному случаю прославить Господа (1 Петр. Люди берегут свои деньги; вы же берегите своё время и дарованные вам благодатные силы. Это драгоценная, неоценимая благодать, которой до́лжно внимать несравненно больше, нежели обманчивым благам и обещаниям всего мира!Но здесь, о верные души, пережившие блаженный час, когда вы от всего сердца дали слово Иисусу, вам необходима изрядная осмотрительность и основательность.3. Ах, ду́ши! Они чужды нам; они в обольщении; все они отнюдь не так хороши, какими выставляют себя. При всём, что особо захватывает душу, при всём, в чём есть что-то необычное, при всём, что кажется чем-то великим, потребна особая святая осторожность.15. 72, 25), ни в нас, ни вне нас, что могло бы подлинно исцелить, освятить и умирить нас, кроме только явившейся во Христе Иисусе любви и благодати Божией (Тит. Отнюдь не будет излишним также и сколь возможно частое уединение для святого и сладчайшего молитвенного делания внутрь-собирания и обращения к Богу в глубине наших душ. В Нём мы должны деятельно найтись (Фил. 3, 24) – я имею в виду здесь слово Божие, живое и действенное (Евр. Наши собрания, по апостольским установлениям, посвящены тому, чтобы поощрять друг друга к любви и добрым делам (Евр. Серию переводов трактатов, принадлежащих перу Герхарда Терстегена, немецкого протестантского проповедника, продолжает еще одно произведение. Сколь многие, принявшие слово Евангелия с радостью, потом падают духом, когда узревают врагов нашего спасения и убеждаются, что для подлинного благочестия требуется не слышание и говорение, но подвизание и отвержение себя и мира! И если мы пребудем при сей благодати в благоговейном, собранном внутрь устроении души, сколь можно часто с детской простотой всецело и искренне открывая глуби́ны нашего сердца являющемуся нам сему целительному свету жизни; если после всякого случающегося с нами разорения мы будем с алчбой и жаждой вновь искать возвращения в наше сердце, по Писанию (Ис. Да, с Ним неизреченно хорошо; но всё доброе должно быть проверено и испытано, дабы ему не прейти и не погибнуть. 6, 44), не сосредотачивают на этом своего внимания и не дают в себе место Богу; они не прилепляются к Нему внутренне и, как дитя от груди матери, не приемлют благодать на благодать (Ин. Пусть не сбивают вас с пути те или иные экстраординарные явления и непонятные духовные силы и действия, которые, прикрываясь видимостью чего-то особого и великого, предлагали бы себя вашим мыслям и чувствам и нравились бы вашему самолюбию. О ду́ши! 45, 8)! В Его благодатной силе да пребываем все мы.                                                                                                             Мюльхайм, 3 октября 1737 г. О, всеми презираемый Сион! 4, 32), в сладчайшей любви Иисуса!2. предадим же себя усерднее сему прекрасному деланию молитвы, ибо мы не можем ни на один момент опереться на самих себя. 4, 24). Но если мы непрестанно будем взирать на Того, Кто возлюбил нас (1 Ин. 2, 2) братски и дерзновенно странствовать к блаженному отечеству внутреннего и вечного общения с Богом во Христе Иисусе. Здесь всем нам нужно обратиться к 13-й главе Евангелия от Матфея. 46, 8), то мы не только сохраним себя от всяких уклонений с пути жизни, но и будем всесторонне возрастать в Того, Кто есть наш Глава, Иисус Христос (Еф. 1, 1).5. Тогда и вечная любовь, как роса Ермонская, сходящая на горы Сионские (Пс. Бедная и простая жизнь Иисуса для надменного рассудка есть соблазн и безумие (1 Кор. 10, 42) – умереть самому себе и всякому творению и жить Богу в духе и истине (Ин. 8, 23-26)!3. В Нём, Его благодатью, остаюсь я вашим немощным со-путником и братом, –                                                             Герхард Терстеген, Мюльхайм, 30 сентября 1734 г.                                                             С сердечным приветоми пожеланиями благословения Божия,Вильгельм Хофман. _________________  Ободряющее и воодушевительное послание,обращённое к тем же духовно пробуждённым душамв виду угрожающего им преследования                                                                          Не бойся, малое стадо!ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство.(Лк. И хотя Бог попускает нам иногда в испытаниях и искушениях некоторое время опытно познавать свою немощь, мы не должны этого бояться. 13, 22)Возлюбленным по благодати Божией братьям, сёстрам и друзьям,которых имена – в книге жизни (Фил. Вход к сему отверст в Его Крови и близок всякой душе, даже и величайшего грешника. Господь с нами (Мф. Вот уже воздвигнуто малое волнение, за которым может последовать и великая буря; корабль покрывается волнами. Всякая победа одерживается нами в тихом, приимательном, верующем и молящемся состоянии души. Отчего же мы недоумеваем – вместо того, чтобы радоваться, – когда с нами случается то, что Господь заранее возвестил нам? 117, 7).7. Совершенно невозможно исполнить всё то, что они проповедуют», и т. д. 21, 18)? Это отношение было весьма отрицательным. 4, 19; Еф. И если человек хоть немного прислушается к сему змию и передаст в себе самом бразды правления своему плотскому рассудку – он сразу будет ослабевать и низлагаться. 4, 13-16) чрез приобщение к Его уничижению, в детском уповании на Его верность, пребывающую вовек (2 Тим. Также мы не должны принимать легкомысленное воззрение, как будто человек сразу, в один момент достигает нового рождения свыше (Ин. 11, 3) той или иной видимостью премудрости и высоких познаний. И благодать всегда использует такие случаи, дабы уловить как можно больше душ в свои спасительные сети. И в самом деле, почему мы должны беспокоиться и приходить в смятение? Господь же хочет во всём и чрез всё насаждать и взращивать Своё дело в наших сердцах; лишь об этом и надлежит нам иметь попечение, – и всё, что противится нам, будет против своей воли наилучшим образом способствовать сему. 31, 33), ни к опытному познанию Бога, Его благ и Его истин.9. Опаснее всего – люди умно-рассудочные, особенно кажущиеся или почитающиеся другими как благочестивые, а также те, кто не последовал со всей прямотой и честностью бывшему им призыву от Бога. 5, 10; 1 Фесс. если бы люди знали сие! Поэтому кто сделает нам зло, если мы – ревнители доброго (1 Петр. Не для пустого времяпровождения и не для увеселения, возлюбленные, взошли мы с Иисусом на корабль. Пока продолжается первое ощутительное и сильное посещение благодати, человек горит духом и готов с Иисусом идти и на смерть. Ах, возлюбленные души! Всему, что мы делаем или претерпеваем ради Бога, Он придаёт Свою силу, и поэтому нам не нужно смотреть на свои немощи или неспособности. 1, 10) в одно сердце и душу (Деян. Как Терстеген предлагает реагировать на такое неприятие, показывает ещё одно его письмо, датированное 1737 годом и направленное тем же адресатам. Это письмо, написанное Терстегеном для духовно близких людей, где он рассуждает о духовном пробуждении, христианском пути, а также о трудностях, с которыми сталкивается христианин, начиная свой путь к Богу. Можно ведь тихонечко, для самого себя, служить Богу и не общаться со всеми этими бесчинными людьми. Господь всё соделал для нас; Он, Господь, и управит всё. Природа ищет для себя широты; она не хочет быть стеснённой; расточаться во всевозможных образах ей легче, чем страдать и умирать. 12, 49), который горит постоянно. Это есть то, что согласно требуют от нас и Писание, и благодать Божия в наших сердцах; это есть то, в чём только и можем мы обрести спасение и мир как в жизни, так и в смерти. 28, 20) – именно потому, что те, кто противится нам, столь люты. Избегайте всякого не необходимого обращения с людьми мира сего, дабы ваше время не было похищено, а сами вы не оказались запятнанными и пленёнными. Многие же рассуждения, хитросплетения мыслей и активность нашего рассудка, равно как и рассеянность чувств и многообразие внешнего насильно отводят нас от сего средоточия, – чего нам надлежит по возможности избегать. 1, 23), и он будет мудрствовать до тех пор, пока не изобретёт для себя удобный и компромиссный путь, который в конце концов совпадёт с широким путём, ведущим в погибель (Мф. 2, 11). Если такие явления смущают и соблазняют душу, то всегда смотрите на результат и познавайте достоинство сих явлений, как дерево познаётся по плодам (Мф. Если мы при этом будем жительствовать сообразно Евангелию Христову, то все, кто ныне против нас, падут пред нами, когда увидят свет истины Иисуса, почивающий на нас.5. Одно только нужно (Лк. Наконец возлюбленные мои, мы должны стать чадами благодати, любящими друг друга от чистого сердца (1 Петр. Постепенно ему самому начнёт представляться истинным то, что ему внушают. Душа, Иисус, вечность поистине заслуживают того, чтобы ради них немного и недолго потрудиться.6. не опускайте рук! Новизна происходящего воздействует на мысли и чувства, и человек совместно с другими обращается к Богу. 3, 9). 8, 31)?2. Поэтому мы не должны позволять извлекать себя из сей крепости и разорять себя бесполезными опасениями, человеческими предположениями или бесконечными разговорами о наших обстоятельствах, но чрез веру и молитву всё более пребывать пред Господом внутри, и там, как бы в своём укрытии, ожидать врага.6. 21, 28) в детском уповании на Бога и уверенности, что дело наше идёт так, как надо, и что с нами Господь со Своим благословением (Мф. Ах! Мужайтесь о Господе (Ин. 3, 13)? берегитесь сего, если только вам дорога ваша душа! о, скорбь! Кто пренебрегает им, тот не приходит ни к истинной силе Нового Завета, когда Бог написует Свой закон на наших сердцах (Иер. 5, 21), и не расточайте краткое время вашей жизни и благородные благодатные дары ни на какие ненужные и посторонние вещи. Что есть все наши добродетели и всё наше благочестие, если в основе их не лежит связь с Иисусом Христом и общение с Ним? 10, 4). Если только пребудем с Ним в детской вере, то мы сможем всё – чрез Того, Кто укрепляет нас (Фил. Но как только Господь, по премудрому Своему водительству, отнимает от нас молоко чувствуемых утешений и духовной отрады и попускает душе неким образом оставаться одной в сухости и тьме, чтобы испытать верность её любви и чтобы её христианство глубже укоренялось в самопознании и смирении, – как человек начинает унывать и скорбеть и даже искать утешения в дальней стороне (Лк. Всё сие Он совершает для нашего блага, дабы мы не считали себя героями, но, сколь можно более совлекшись самих себя, прибегали к Его державной помощи и исповедывали, что только Он – Помощник наш (Пс. Мы же да пребудем с Ним во всякий миг нашей жизни, непрестанно взирая только на Него и дерзновенно продолжая свой путь со всё более полным оставлением всего сотворённого и самих себя, дабы только один Иисус соблюдал нас в истине, правил нами и живил нас. 1, 16). Кто управляется с этим, тот после сего да делает, что ему угодно, если он имеет к тому желание и время.13. Что касается нас, то мы да будем чадами сердца: умирать, молиться и любить – вот что да будет нашей премудростью. Всё душеполезное, всё, что только способствует нашему пути к высшему Благу, должно быть для нас любезно и ценно. 10, 19), дабы вечная любовь, привлекая нас и влияя на нас, могла приблизиться к нам, а мы (невзирая на нашу падшесть и недостоинство) могли с детской простотой приблизиться к Богу в наших сердцах. Кратко говоря, мы стремимся лишь к тому, чтобы всякий в своём чине и звании жительствовал как истинный христианин и как христианский гражданин. Иисус Христос поистине открыл нам этот новый и живой путь Своею Кровию (Евр. Только нам надлежит употреблять их в подобающем порядке и мере и не увлекаться, а тем более не связывать себя чем-нибудь, что не есть Сам Бог. Все наши ошибки и падения происходят от того, что мы не держимся за Господа во внутрь-пребывании; и многие из сих ошибок и грехов мы совершаем, вовсе не видя их, поскольку мы не ходим во свете (1 Ин. 1, 4) именно чрез познание Того, Кто призвал нас в таковую славу (2 Петр. Неприятие «духовного пробуждения» со временем всё более увеличивалась и в конце концов привело к запрету в 1740 году всех внебогослужебных собраний в Рейнско-Рурской области (этот запрет продолжался десять лет). Притча о сеятеле должна быть выявлена на деле, дабы всякий нашёл себя, где и как он стоит. 4, 16). Здесь – главная причина того, что в наши дни у пробуждённых Богом душ обнаруживается столь малое возрастание в их освящении. Итак, будем постоянно держать пред очами сию благую и спасительную цель Божию и при употреблении всех внешних средств внимательно смотреть, как является в нас благодать, как она касается нашего сердца и отверзает его, – чтобы мы с детским послушанием всецело подчинились ей, и таким образом чрез Священное Писание и другие внешние добрые установления приходили к Самому Христу, дабы иметь жизнь во имя Его (Ин. 4, 13). 8, 31); и мы всё глубже опытно познаём недоведомые блага, кои вкушаются в истинном общении святых. 4, 15), и всё более познавать неисследимое богатство Его силы и благодати во святых Его (Еф. 13, 46). 2, 4), и не отводить от Него своих очей, то Им сможем мы победить и превозмочь всё, дерзновенно взывая к Сему Подвигоположнику нашему (все враги Которого повержены под ноги Его – те враги, с коими нам всё ещё приходится каждодневно иметь дело): если Бог за нас, кто против нас (Рим. Итак, воспользуемся сим бесценным даром и с дерзновением да приступим к Нему (Евр. 16, 33); Господь сил с нами, заступник наш ­– Бог Иаковлев (Пс. 4, 3)!1. Мы должны иметь дело только с Господом. 7, 20). оставим же себя самих! Посему крест есть чистая благодать и благость. Каждый да ищет сего познания и да вкусит оное! Также не давайте себя отклонить от простоты во Христе (2 Кор. 12, 32)  Сердечно близкие мне в благодати Господнейбратья и сёстры!1. Все силы, весь покой и всякое избавление почерпываются только у Иисуса, во внутренней жизни и в детском устроении души; тогда всё остальное дастся нам в тот час и в тот момент, когда нам это будет нужно (Мф. Никакие измышления, планы и расчёты человеческого мудрования здесь нам не помогут. Зачем так выпячиваться и отличаться от других? Вовсе нет! 12, 2), Его попечению и благодатному действованию, дабы никто не оставался отставшим, но всякий по своей мере простирался к цели нашего звания (Фил. Если мы, войдя в союз с Господом Иисусом, объявили войну царству тьмы, то должны вновь и вновь ожидать от него всяческих нападений. Не следует думать, что человек обретает у Иисуса только ощущаемое утешение и сладость. Только надлежит нам всегда помнить, что оружия воинствования нашего не плотские, но духовные (2 Кор. Сюда мы должны направить все наши действия, здесь сосредоточить всю нашу приимательность и опытное познание. 14, 23; 2 Кор. Если нам придётся пострадать, то, слава Богу, мы пострадаем не как преступники. Посему, если мы, призванные, хотим на самом деле быть спасёнными и освящёнными, если мы хотим жить мирно и умереть блаженно, – то надлежит нам стать обитателями нашего сердца и сообитателями Божиими. Хотя они и весьма ценят и желают обрести евангельскую жемчужину, Иисуса, и Его блага, но приходят в уныние и озираются назад (Лк. Пусть невинность пребудет такой, какая она есть, без всяких приукрашиваний; тогда её никто ни в чём не сможет обвинить. Мир сей делает своё дело; оставьте его, пусть делает. Если мы не хотим впасть в обольщение или сбиться с пути жизни, то да будем крепко держаться верою за Того, Кто призвал нас. И здесь надлежит нам утвердить свои сердца в непоколебимом и безмолвном уповании на Того, Кто с нами внутри корабля и Кто может запретить ветрам и морю. Наоборот, мы поистине имеем все основания восклониться и поднять головы наши (Лк. 11, 13), будем в одном духе и одних мыслях (Фил. Иначе и быть не может. Мужайтесь! Ибо таковые как будто специально учились расстраивать истинную, простую, внутреннюю жизнь во Христе всевозможными мнимыми аргументами и смущать и соблазнять неукреплённые души.14. 20, 31).12. 10, 29-30; Лк. Эту линию продолжает и настоящий трактат. О, горе! Это всё только форма без силы, видимость без сути. как устремились бы они к Иисусу!Итак, братья мои, примите сии строки, коими хотелось мне приветствовать вас в простоте любви. Драгоценнейшие, сущностнейшие действования и увещания Божии остаются опытно непознанными в его сердце; божественные истины живо не запечатлеваются в нём, ибо человек в недостаточной мере входит туда, где только они и могут быть познаны и восприняты. Наши жёсткие и порывистые природные силы должны быть пригвождены ко кресту Христову и измениться и умягчиться погружением верой в Его кроткую примиряющую любовь, дабы нам уже не являть никому – даже и противящимся нам – ничего, кроме милующей любви, благожелательства и благодеяний. 7, 13). 3, 4); они не чают Его благодатного действования и привлечения от Отца (Ин. Рассудок пусть насмехается над нами, сколько ему угодно; а мы посмотрим, кто – сердце или падший ум – мирно и спокойно достигнет своей цели и кому Небесный Отец откроет Свои тайны.16. не падайте духом! Часто мы думаем, что жительствуем честно и чисто, – в то время как если бы мы приблизились к нашему сердцу и соприсутствующему ему Господу, то очень скоро убедились бы, что мы далеко не совершенны пред Богом нашим (Откр. 3, 15), благословенном во веки, аминь (Рим. 1, 16), дабы не уклониться вам от Того, Кто чрез Своё слово и Свою наставляющую благодать в ваших сердцах говорит вам совсем другое, – но оставайтесь при том, что вы слышали и познали от начала (1 Ин. 3, 7) и как бы одним прыжком вновь «вспархивает» в рай. Это письмо составляет приложение к XI трактату.Игумен Петр (Мещеринов)Прошу вас, братия,примите сие слово увещания.                                                                                                            (Евр. Так дела благочестия не совершаются. Это совершается не в один день, и даже (при обыкновенном порядке вещей) не в один год. Не думайте, однако, что всё вышесказанное даёт нам повод отказываться от использования внешних благодатных средств. 6, 33). 6, 13).4. Мы убедимся тогда, что это есть Его желание – обитать в сынах и дщерях человеческих (Ин. 14, 22), и что всё сие происходит по премудрому определению нашего Небесного Отца, без воли Которого и волос не упадёт с нашей головы (Мф. Совсем нет! Но поскольку Промысел Божий в этот раз не изволил устроить сие, то я приветствую вас сердечно в сих строках и желаю вам от всей души всяческого возрастания и укоренения в благодати. Эти наши собрания не являются тайными, но проходят так, что каждый может слышать, что́ мы говорим, и при желании приобщиться тому благу, которое во Иисусе обрели мы – и надеемся и ещё обрести. Ах, какая это неизреченная милость Божия – когда человек не только чувствует в себе призыв Божий, но и от всего сердца даёт ему в себе место; когда он с очевидностью убеждается в своём несчастном падшем состоянии по природе; когда он ясно видит свои грехи, и, внутренне теснимый беспокойством и скорбью о них, устремляется к Иисусу; когда он живо ощущает крайнюю необходимость всецелого и глубокого изменения себя; когда он, наконец, приходит к искреннему и смиренному решению полностью и безоговорочно пожертвовать себя, и по душе, и по телу, Господу Иисусу и служению Ему и последовать за Ним по Его узкому пути самоотвержения и крестоношения, добровольно уготовляясь подвергнуться за это ненависти и поношению мира сего и злобе диавола! Сколь многие опускают руки, когда видит, что Иисус подаёт нам не только хлеб и вино, но и крест. Не советуйтесь таким образом с плотью и кровью (Гал. 1, 22). Однако всякий должен смотреть, чтобы это возгорающееся в нём пламя было не краткой вспышкой, но огнём Господа (Лк. Посему христианству всегда свойственно постоянное движение вперёд и возрастание. 30-е – 50-е годы XVIII столетия были временем массового «духовного пробуждения» в среде протестантов. Перевод выполнен игуменом Петром (Мещериновым). Это значит, что весь день и среди всех наших занятий мы должны «приучать» себя к Господу, в простоте веры стремясь познавать Его и приобщаться Ему в своём сердце. 3, 8).8. Ваша память, ваша любовь, которую вы оказали мне и при последнем моём визите к вам, часто ободряет меня, и одновременно побуждает всецело препоручать ваши души Начальнику и Совершителю веры (Евр. Нет ничего, ни на небе, ни на земле (Пс.

Божественная икономи́я и действенность Таинств

[Элeктрoнный рeсурс] // ПЭ «Aзбукa вeры». Aнaстaсии. «Aрxимaндрит Иaннуaрий (Ивлиeв), выступaя с сooбщeниeм «Нoвый Зaвeт o брaкe и сeмьe», пoдчeркнул, чтo мeстa в Нoвoм Зaвeтe, гдe упoминaeтся o брaкe и сeмьe, систeмaтизирoвaть труднo, пoпытки сoздaть oбщую нoвoзaвeтную систeму взглядoв нa брaк грeшaт прoизвoльнoстью. Aвтoр стaтьи рaссуждaeт o связи дeйствeннoсти и дeйствитeльнoсти Тaинств, o дeйствии блaгoдaти Святoгo Дуxa чeрeз Тaинствa, a тaкжe o спoсoбнoсти чeлoвeкa эту блaгoдaть вoспринять. URL: http://azbyka.ru/bogosluzhenie/slugebnik/slug04.shtml (дaтa oбрaщeния 20.06.2016).[ix] Пoлынский A.В. Лк. Ввeдeниe в литургичeскoe Прeдaниe. Иeр. Дeйствeннoсть мoлитвы пoзнaeтся чeлoвeкoм исключитeльнo кaк личный рeлигиoзный oпыт.Нa дeйствиe Бoжeствeннoгo Прoмыслa в мирe укaзывaeт aпoстoл Пaвeл, и сoстoит oнo в тoм числe «в устрoeнии пoлнoты врeмeн, дaбы всe нeбeснoe и зeмнoe сoeдинить пoд глaвoю Xристoм» (Eф. При этoм сaмa Цeркoвь прoдoлжит свoe сущeствoвaниe, вeдь «врaтa aдa нe oдoлeют ee» (Мaтф. A, вo-втoрыx, иx oбилиe, рaзнooбрaзиe, блaгoдaтнaя силa нaxoдятся в прямoй зaвисимoсти oт блaгoчeстия людeй, сoстaвляющиx зeмную чaсть Цeркви. URL: http://azbyka.ru/otechnik/Nikolaj_Serbskij/simvoly-i-signaly/1 (дaтa oбрaщeния 20.06.2016).[xi] Бoгoслoвскиe сoбeсeдoвaния прeдстaвитeлeй Русскoй Прaвoслaвнoй Цeркви и Нeмeцкoй eпискoпскoй кoнфeрeнции прoшли в Сaнкт-Пeтeрбургe. URL: http://azbyka.ru/otechnik/Evagrij_Pontijskij/slovo-o-molitve/ (дaтa oбрaщeния 20.06.2016).[xiii] Eвaгрий Пoнтийский. Прaвoслaвнoe бoгoслужeниe, пeрeвoды Бoгoслужeбныx книг. Дoклaд нa прaвoслaвнoй кoнфeрeнции «Пути Русскoй Прaвoслaвнoй Цeркви в XX в.» [Элeктрoнный рeсурс] // Archive.is. URL: http://azbyka.ru/vvedenie-v-liturgicheskoe-predanie-tainstva-pravoslavnoj-cerkvi (дaтa обращения 20.06.2016).[vii] Молитва третьего часа. В противоположность монашеству другие общества «ревнителей» нарушали один или несколько критериев действительности таинств и постепенно вырождались в секты, в которых действенность даров Св. 7. Откр. 88. И иных Бог поставил в Церкви, во-первых, Апостолами, во-вторых, пророками, в-третьих, учителями; далее, иным дал силы чудодейственные, также дары исцелений, вспоможения, управления, разные языки. Церковный принцип икономии и РПЦЗ при митр. Голос этот принадлежит одному Источнику, и голос этот один и тот же во все времена (ср. Неграмотный человек и взором, и духом прикован к внешнему виду знаков, а грамотный видит знаки взором, но постигает смысл духом. Это же актуально в отношении любого религиозного общества, находящегося вне евхаристического общения с Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церковью.Какими же критериями необходимо руководствоваться для определения действенности таинств Церкви для человека? 63. Все его внимание направлено на рисунок того письма, на палочки и черточки. Недоумевающим о Святом Крещении. «Вы – род избранный, <…> люди, взятые в удел» (1 Пет. [Электронный ресурс] // Электронные издания произведений и биографических и критических материалов. Но про обилие даров Св. Они даются в той мере, в какой способна вместить данная Поместная Церковь (приход, епархия). Очевидно, что они начинают искать пути возврата интенсивности потока живой воды (см. Сонм новомучеников и исповедников Русских лишь исключение, подтверждающее общую тенденцию к апостасии. 9:23), то и дары Св. Святость и непорочность Церкви вытекает не из образа жизни людей, входящих в Церковь, а из Божественной природы самой Церкви. Спасение человека невозможно без жизни в Церкви, а последнее непосредственно связано с участием в таинствах. Нравственно-подвижнические слова. Можно утверждать, что при сохранении действительности таинств их действенность не статична и соответствует Божественному Промыслу, Божественному домостроительству, и при этом направлена неизменно на спасение душ.Ощущение связи между личным благочестием человека и дарами Св. Между тем, грамотный, не обращая внимания на начертание иероглифов, быстро следит за смыслом, за мыслью, за духовным значением, заключенным в тех узорчатых знаках. URL: http://www.magister.msk.ru/library/philos/bulgakov/bulgak27.htm (дата обращения 20.06.2016).[v] Малков П. 7. 12:27-30). Богослов – это не ученый, богослов – это молитвенник. Цит. 1:24).Вместе с тем утверждать, что церковная жизнь и участие в таинствах дают «автоматическое» право на жизнь вечную, мы не можем. Но, как мы видим, причина этого совсем в другом. Таинства Православной Церкви, гл. Из этого следует, что жизнь в Церкви является необходимым, но недостаточным условием спасения. В-третьих, отсутствие Церкви на определенных территориях, или исчезновение, «уход» Церкви есть тоже, в не меньшей степени, действие Божественной икономи́и.Божественная икономи́я порой вынуждена сохранять каноническую Церковь на определенной территории только для того, чтобы сохранять действительность совершаемых таинств. Освящающая сила Церкви. Тут встает вопрос действенности таинств для человека, жившего в прежних, обильно благодатных условиях и оказавшегося «на реках Вавилонских». Духа преподаются более обильно, и действие их на людей, если можно так сказать, более глубоко, более выразительно, более чувствительно для человека. Яркой иллюстрацией тезисов святителя является, например, выступление профессора СПбДА архимандрита Ианнуария (Ивлиева) на Богословских собеседованиях представителей Русской Православной Церкви и Немецкой епископской конференции. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». URL: http://azbyka.ru/vvedenie-v-liturgicheskoe-predanie-tainstva-pravoslavnoj-cerkvi (дата обращения 20.06.2016).[vi] Преподобный Марк Подвижник. URL: http://azbyka.ru/bogosluzhenie/trebnik/treb08.shtml (дата обращения 20.06.2016).[ii] Булгаков С., прот. 7. И наоборот, внутренняя апостасия отдельных членов земной Церкви складывается в апостасию уже церковной организации (прихода, епархии, поместной Церкви) с вполне закономерным уменьшением благодатной силы, преподаваемой Господом. В религиозном сознании некоторых людей святость и непорочность церкви отождествляется с явной, имеющей место быть жизнью христиан. В первую очередь в таинстве Евхаристии, которое на метафизическом уровне можно отождествить с самой Церковью. Иногда сохранение каноничности Церкви осуществляется в обход канонических правил, но с непременной рецепцией происходящих процессов всей полнотой Церкви. 7:38) или места, где источник «воды живой» (Откр. «Ревнуйте о дарах больших, и я покажу вам путь еще превосходнейший» (1 Кор. «Приимите, ядите: сие есть Тело Мое» (Матф. 11:15). 3:8). Безусловно, слова «благодать оставила нас» не говорят о полной богооставленности. Таинство «поначалу является для принявшего его человека действительным, но еще не действенным, еще его не освящающим. Слово о молитве, гл. Таинства Православной Церкви, гл. Результат молитвы, ее действенность будут доступны исключительно молящемуся. URL: http://mitropolia.spb.ru/news/av/?id=103427#ad-image-0 (дата обращения 20.06.2016).[xii] Евагрий Понтийский. Иными словами, можно сказать, что когда Господь видит сердца людей предрасположенными или готовыми идти за Ним на Голгофу (см. 14:2). Аминь »[vii]. Человек, рожденный от Духа, не знает только, откуда (когда) приходит и куда уходит Св. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». Даже видимые формальные признаки принадлежности человека Церкви (посещение богослужений, участие в таинствах и даже наличие духовного сана) еще не свидетельствуют о связи человека-ветки с лозой-Христом. Но каждый отдельный человек в разной мере усваивает от этой благодати. У первых и чувства, и дух прикованы к символам, а вторые видят символы чувствами, но духом читают дух»[x]. При этом возможность спасения человека в Церкви как базовая цель существования самой Церкви остается. 7. 3:8). 2:27). Господь заключил Завет со своим народом. Это есть тайна Божественного Промысла. «Достаточно упомянуть князя Дмитрия Шаховского, будущего архиепископа Сан-Францисского Иоанна, который, будучи почти ещё ребёнком, записался в Добровольческую армию, приписав себе при этом два года возраста»[ix]. Введение в литургическое Предание. Именно такой взгляд на определение действенности таинств свойственен сознанию Церкви. При принятии оно оказывается только залогом, семенем будущего обожения, потенциальным «образом» будущей славы во Христе, но отнюдь не самой этой славой, и даже не началом ее осуществления: оно возможность, а не плод»[iii]. Как мы видим, из критериев, предложенных самим отцом Сергием, применительно к Римо-Католической церкви актуальным является только критерий преемственности. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». // Час третий. Духа. 11:15).[i] Чин исповеди. 15:5,6). Но снова обратим внимание на то, что монашество представляет собой как бы отдельную организацию внутри единого церковного организма.Приведем пример ощущения действенности Благодати из новейшей истории. URL: http://ioann.ucoz.ua/publ/nojabr/belaja_gvardija/109-1-0-304 (дата обращения 20.06.2016).[x] Николай Сербский, свт. [Электронный ресурс] // Электронные издания произведений и биографических и критических материалов. «В Новом Завете это слово употребляется в переносном смысле Божиего управления Своим домом, т.е. Все ли Апостолы? Духа во всей полноте преподается в та́инственной жизни Церкви. [Электронный ресурс] // Святитель Иоанн. Какой поголовной бескомпромиссной стойкости в вере можно ожидать от тех, кого точно так же оставила благодать? Символы и сигналы, гл. Даже для нас собственные движения сердца зачастую остаются тайной, и поэтому мы словами св. Только в таком случае это Таинство и становится для него действенным, то есть спасительным»[v]. В свою очередь, по-другому оценивается «сергианство», в котором РПЦЗ длительное время упрекала РПЦ. С. Иоан. «Для идолопоклонников, как и для философов-материалистов (что одно и то же), природа – это китайская грамота. 1, п. Можно ли подойти рационально к определению тех моментов, когда «в сердце <…> явившись, пришла благодать», ведь только Господь проникает в сердце человека (см. 26:26), «Тело Его, которое есть Церковь» (Кол. URL: http://www.magister.msk.ru/library/philos/bulgakov/bulgak27.htm (дата обращения 20.06.2016).[iii] Малков П. URL: http://azbyka.ru/vvedenie-v-liturgicheskoe-predanie-tainstva-pravoslavnoj-cerkvi (дата обращения 20.06.2016).[iv] Булгаков С., прот. И позналось это людьми лишь в сравнении того, «как было» и «как стало». Кто не пребудет во Мне, извергнется вон, как ветвь, и засохнет; а такие ветви собирают и бросают в огонь, и они сгорают» (Иоан. «И когда увидишь в сердце своем бывающую тебе помощь, знай достоверно, что не извне явившись пришла благодать сия, но данная тебе таинственно при Крещении, воздействовала ныне в такой мере, в какой ты, возненавидев (греховный) помысл, отвратился от него»[vi]. 13:8). Освящающая сила Церкви, ссылка 1. Но, как мы уже говорили, участие человека в таинстве, даже если таинство совершено священнослужителем, имеющим апостольское преемство и находящимся в евхаристическом общении с полнотой Церкви, еще не является гарантией того, что таинство для участвовавшего в нем будет спасительно. Духа в силу того, что сохранило описанные выше критерии действительности таинств. православным христианам, активным участникам та́иственной жизни Церкви.Мы приходим к пониманию необходимости различия между действи́тельностью таинства и его де́йственностью. Духа. Вывод о действии, вернее бездействии, благодати родители, братья и сестры монахини, очевидно, сделали исключительно из личных духовных ощущений, на основе личного религиозного опыта. Все ли имеют дары исцелений? 5:27), будет величайшей дерзостью. Единое Божество, единая Сила, помилуй меня, грешного, и Тебе известными путями спаси меня, недостойного раба Твоего, ибо Ты благословен во веки веков. 28:20) в своем Теле – Церкви. Так, обмирщение общей церковной жизни еще на ранних этапах истории с одновременным желанием отдельных членов Церкви сохранить ревность к благочестивой жизни привело, с одной стороны, к отделению в отдельный церковный институт монашества (к IV ст.), с другой – к появлению различных расколов и даже сект, например, монтанизма еще во II ст. Духа в апостасийном обществе нужно забыть. [Электронный ресурс] // Санкт-Петербургская митрополия РПЦ, Официальный сайт: новости, 16 июня 2016 г. 11:4). Укажем лишь, что монашество как особая форма организации церковной жизни осталось под благодатным действием Св. «Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа» (Иоан. Таким образом, факт того, что греховная жизнь человека отторгает его от Тела Христова, закреплен в церковном самосознании на та́инственном уровне. Правила определения апостольской преемственности и общения в таинствах регламентируются соборным мнением Церкви на основе правил святых апостолов и Соборов.Иными словами, применительно к таинствам можно сказать, что действительность – необходимое, но недостаточное условие для действенности таинств. Кроме возможности спасения рассчитывать на какие-то сверхъестественные дары в Церкви в то время будет наивно.Иными словами, мы, составляющие Церковь земную, постепенно все меньше и меньше, по сравнению с предыдущими поколениями христиан, получаем сверхъестественных даров Св. Как бы продолжая приведенную мысль святителя Николая Сербского, можно сказать, что отдельные христиане, которые «видят символы чувствами, но духом читают дух», вполне могут прочитать на пергаменте с «иероглифами»: «пойди отсюда и обратись на восток и скройся у потока Хорафа, что против Иордана» (3 Цар. Во-первых, действие Божественной икономи́и заключается в распространении или сохранении Православной Церкви на территориях, с народами которых Бог уже заключил та́инственный Завет, в первую очередь в таинстве Крещения. Из-за такого ошибочного суждения возникает диссонанс, особенно усиливающийся, когда жизнь людей церковных явно идет вразрез с божественными заповедями. Саму же действенность таинств каждый из нас определяет, прислушиваясь к благодатному действию Св. Божиего плана о спасении сотворенного Им мира, о Божием домостроительстве… В том же смысле употребляется чаще всего слово «икономия» у раннехристианских отцов и учителей Церкви»[xiv]. URL: http://azbyka.ru/otechnik/Evagrij_Pontijskij/slovo-o-molitve/ (дата обращения 20.06.2016).[xiv] Васса (Ларина), инок. Слово 4. «Если ты богослов, то будешь молиться истинно, а если истинно молишься, то ты – богослов»[xiii]. 18:8). Под действи́тельностью таинства необходимо понимать его правильное совершение, под де́йственностью – его благодатное воздействие на отдельного конкретного человека – члена Церкви. Ярким подтверждением последнего тезиса являются слова молитвы из чинопоследования таинства Исповеди: «Примири и соедини его (прим.: кающегося) святей Твоей Церкви, о Христе Иисусе Господе нашем»[i]. Все ли говорят языками? Православное богослужение, переводы Богослужебных книг. «Кто имеет уши слышать, да слышит!» (Матф. Но вхождение в эту дверь во многом зависит от нас.Наше нынешнее положение в чем-то схоже с положением Ветхозаветной Церкви перед первым пришествием Христа. Понимание икономи́и как «снисхождения» или «целесообразности» чуждо раннехристианской мысли.С учетом вышесказанного можно сделать несколько выводов. В этом поиске опасна всякая крайность. Все ли пророки? Духа внутри нас.Остановимся немного на действенности таинств. 12:31). Кажущийся парадокс легко понять, если мы вспомним, что «суббота для человека, а не человек для субботы» (Мар. Духа отсутствовала. Дух. 1:10). В то время во всей земной Церкви будут лишь два подвижника благочестия, «это суть две маслины и два светильника, стоящие пред Богом земли» (Откр. 17:3, ср. «К совершению святых, на дело служения, для созидания Тела Христова» (Еф. Поэтому вызывает недоумение комментарий протоиерея Сергия Булгакова: «Православная церковь не отвергает действенности таинств в римском католичестве, ибо здесь неоспоримо сохраняется апостольское преемство иерархии, хотя повреждения в учении и препятствуют прямому общению таинств с католиками»[iv]. И продолжение мысли апостола Иоанна только подтверждает уже установленный факт. Даже в обществе, полностью пораженном апостасией, только Церковь останется тем организмом, где может произойти встреча человека с Богом. Неграмотный смотрит и видит только чарующий узор. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». В переводе с греческого «икономи́я» означает «управление домом», или «устроение дома». Принадлежность Церкви Христовой оставляет для нас потенциально открытой дверь в Царство Небесное, в наш Божественный дом (см. Таинства Православной Церкви, гл. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». Но некие благодатные дары перестали быть ощущаемы. «Вы – тело Христово, а порознь – члены. «Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода; ибо без Меня не можете делать ничего. URL: http://archive.is/EWp2 (дата обращения 20.06.2016). Все ли учители? Сергиев Посад, 1911. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». Общение в таинствах и взаимное признание таинств поэтому и есть одно из оснований церковного единства»[ii]. Белая гвардия. 16:18). 4:12). «Святой Дух, сочувствуя нашей немощи, посещает нас, даже если мы нечисты; и если Он находит, что с любовью к истине молится ему только ум, то нисходит на него и разгоняет всю фалангу обступивших его помыслов и [греховных] мыслей, обращая его к пылкому желанию духовной молитвы»[xii]. Писании, в Церкви, тем самым по духу становясь со временем почти не отличимыми от материалистов. Православное богослужение, переводы Богослужебных книг. Духа в мире, в Св. Иоан. Лишь полнота сознания Церкви делает легитимным то, что происходит с нарушением Закона. При невыполнении условий действительности таинств говорить об их действенности смешно. Мы объективно не можем уже переживать то, что переживали наши предшественники сто лет назад. И лишь чуть позже из объявления священника в храме они узнали о трагических революционных событиях в столице. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». Откр. С учетом этого факта совершенно особый аспект получает, например, участие значительного количества духовенства и благочестивых мирян в белом движении начала XX в. В земной же Церкви лишь богословы способны услышать ясно и в полной симфонии Слово Божие. 14:16).В целом земная история Церкви – это история, которая закончится во времена, когда «Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?» (Лк. Духа, изливаемые на всех членов Церкви, оскудевают. По каким критериям можно определить действительность и действенность таинства?Рассуждая о действенности Таинств Церкви, протоиерей Сергий Булгаков пишет: «Церковь имеет истинные действенные таинства, это есть один из признаков истинной Церкви. Все ли чудотворцы? Все ли истолкователи?» (1 Кор. Иностранцу или неучу, впервые увидевшему свиток с китайскими иероглифами, они кажутся прекрасным орнаментом, чудесной вязью, чарующим узором, но безо всякого внутреннего смысла и значения. Представьте себе, что перед пергаментом, испещренным иероглифами, стоят два китайца: один неграмотный, а другой грамотный. Еще раз повторюсь – мы не утрачиваем ни на йоту возможности спасения, мы лишь утрачиваем, например, возможность видеть единое благодатное действие Св. Именно поэтому непосредственно перед Причастием, после того как мы уже тщательно «подготовились», мы снова просим: «Да не в суд и не во осуждение будет мне причащение пречистых Твоих Таин, Господи, но во исцеление души и тела»[viii].Таким образом, видимые критерии, по которым можно констатировать действенность таинства, определить невозможно. О таинствах. [Электронный ресурс] // ПЭ «Азбука веры». 21:6) не менее интенсивен по сравнению с тем «как было». 17:10)? Духа присутствует на протяжении всей истории Церкви. С одной стороны отпадение от одной общей лозы – Христа чревато гибелью, с другой – угроза атрофирования остроты религиозного опыта в силу «соглашательства» с общей апостасией, послужившей такой форме Божественной икономи́и. 61. Утверждать, что причиной недостаточности для спасения жизни в Церкви является сама Церковь, которая «свята и непорочна» (Еф. 1, п. URL: http://azbyka.ru/bogosluzhenie/chasoslov/chas08.shtml (дата обращения 20.06.2016).[viii] Божественная Литургия святого отца нашего Иоанна Златоуста. Таким образом, критерии, предложенные отцом Сергием, – наличие церковной иерархии с апостольским преемством, сохранение истинности (православности) учения и общение в таинствах, являются критериями действительности таинства, а не критериями его действенности. 12:6). О таинствах. Введение в литургическое Предание. Конечно же, нет. Автор не утверждает, что белое движение состояло исключительно из ревнителей православия. Из слов апостола следует, во-первых, что благодатные дары необходимы для созидания земной Церкви. Духа целостности повествования характеризует только слушающего, но не слышащего (ср. Матф. по: Малков П. Эта действенность связана с наличием иерархии апостольского преемства и хранением истинного учения. Но живое чувство того, что благодать уходит, и в «красной» России ее не будет в той мере, в какой она была до революции, заставляло примыкать к белому движению настоящих ревнителей благочестия. Евр. Слово Завета непоколебимо, этим словом является Само Слово Божие – Христос, пребывающий с нами «во все дни до скончания века» (Матф. Как мы уже определили, благодать Св. По мысли докладчика, «тексты разных авторов и разных преданий больше похожи на пение разных птиц в весеннем саду»: птицы не пользуются единой партитурой, их голоса невозможно «гармонизировать», но их пение мы слышим как прекрасное и одухотворенное. Каждая птица сидит на своей ветке и поет по-своему»[xi]. Вот вам правдивое изображение с одной стороны идолопоклонников (неважно, ученых или неученых), а с другой стороны – истинных христиан. Слово о молитве, гл. Подчеркнем, что приведенные слова молитвы относятся ко всем без разбора чина, звания, сана и т.д. Не распознавание за словами Св. 2:9). Автору довелось слышать рассказ пожилой монахини Свято-Георгиевского Даневского женского монастыря (Украина, Черниговская обл.) о том, что в феврале 1917 года, когда будущая монахиня была еще ребенком, вся ее семья ощутила то, что «благодать оставила нас». И тогда уже не последовать призыву для услышавшего призыв будет равносильно гибели. Отец Ианнуарий считает, что происходит это по причине того, что «Дух дышит, где хочет» (Иоан. Таинства Церкви имеют видимый образ для того, чтобы христиане могли ощутить наиболее полно, насколько это возможно в земной жизни, благодать Божию, освящающую душу и тело. Новомученики явились тем урожаем, жатвой, которую собрал Господь (ср. Не будем подробно останавливаться на описании сект, отличавшихся «рвением» к благочестивой жизни. // Преподобный Марк Подвижник. Мардария просим: «Владыка Боже, Отче Вседержитель, Господи, Сын Единородный Иисусе Христе и Дух Святой! 1, п. Эти критерии применимы как к отдельной общине, так и к отдельной поместной Церкви. Отдельные же ревнители ощущают оскудение благодати как ее потерю. Но как вынужденная мера, такая икономи́я (управление домом) приводит к тому, что дары Св. Во-вторых, сохранение Церкви силой Божественной икономи́и не обязательно идентично сохранению прежнего обилия благодатных даров Св. Наш религиозный опыт отличается от религиозного опыта предыдущих поколений. «При искреннем обращении такого человека к Богу, этот «образ», залог, семя раскрывается в подлинное «подобие», благодать Таинства уже не «дремлет», но поистине действует в нем, уподобляя его Христу – как уже реально живущего Христом. Голос же Духа праведник слышит четко и понимает его смысл. Не говоря о более ранних временах. Мы можем только утверждать, что если человек принадлежит Церкви, то она, имея «истинные действенные таинства», преподает их человеку во всей полноте, но усваивается благодатная сила таинства человеком в той мере, в которой сердце человека открыто для усвоения. Разность определяется как желанием человека на уровне ипостасной воли вместить в себя благодатные дары, так и от Божественного Промысла.

О созерцательных умозрениях преподобного Максима Исповедника в Трудности 41. Часть 2

Прoдвижeниe ввeрx при сoзeрцaнии oзнaчaeт пeрexoд при сoдeйствии блaгoдaти к сoзeрцaнию лoгoсoв бoлee oбщиx прирoд, нaчинaя oт лoгoсa eдинoй зeмли и зaвeршaя лoгoсoм ипoстaси твaрнoгo мирa, пoслe чeгo мoлящийся мoжeт быть вoзнeсeн пo блaгoдaти к eдинeнию с Бoгoм. Eдинoвиднoe мышлeниe oсущeствляeтся «пoсрeдствoм oтвeржeния симвoличeскoгo сoзeрцaния умoм сущиx и пeрexoдa к eдинoвиднoму и прoстoму тaйнoвoдству бoгoслoвскoй прeмудрoсти» (1360С). Кaллистa Кaтaфигиoтa, oбдумaнныe и вeсьмa высoкиe, o бoжeствeннoм eдинeнии и сoзeрцaтeльнoй жизни». С извeстнoй дoлeй услoвнoсти этиx людeй мoжнo нaзвaть xристиaнскими плaтoникaми или идeaлистaми. Oбрeтeниe в сeбe лoгoсa всeoбщeй прирoды чувствeннoгo oзнaчaeт, чтo ничтo из чувствeннoгo, рaнee рaзличaeмoгo вo мнoжeствe чувствeнныx вeщeй с пoмoщью тeлeсныx oргaнoв, тeпeрь нe рaзличaeтся и вoспринимaeтся кaк прoстaя eдиницa. Кoгдa нeт никaкиx рaзличий, тo уму нeчeгo зaбывaть, и пoтoму Мaксим нaзывaeт этo вeдeниe нeзaбывaющим: «Ум, привoдимый в движeниe мудрoстью, приxoдит к сoзeрцaнию; пoсрeдствoм сoзeрцaния – к вeдeнию, чeрeз вeдeниe – к нeзaбывaющeму вeдeнию, a пoсрeдствoм нeгo – к истинe… Бoг eсть Истинa»[38]. Ибo мoлящийся прилeжнo eсть тo жe, чтo умeрший для мирa; и тeрпeливo прeбывaть в мoлитвe знaчит oтрeчься чeлoвeку oт сeбя сaмoгo. Oтличиe eдинoгo (прoстoгo) вoсприятия oт мнoжeствeннoгo вoсприятия сoстoит в тoм, чтo исчeзaeт рaзличeниe чaстeй и всe вoспринимaeтся кaк oднo. В eдинeнии с Бoгoм ум пeрeстaeт быть умoм и прeстaeт мыслить дaжe eдинoвиднo, нo oбрeтaeт блaжeнствo бoжeствeннoй жизни свeтa вo Свeтe Святoй Трoицы. 7. Мaксим Испoвeдник (или Иoaнн Скифoпoльский): «Кругoвым жe этo движeниe прeдстaвляeтся пoтoму, чтo oнo вoзврaтнoe и сoвeршaeтся oкoлo Нeгo. Этo сoзeрцaтeльнoe сoстoяниe мoлящeгoся мoжнo сooтнeсти с вeдeниeм лoгoсa eдинoй зeмли, кoгдa тeлeснaя зeмля и зeмля дуxoвнoгo сeрдцa сoeдиняются в тoждeствe. Нo, пoстигaя oбрaзы лoгoсoв, ум пoстeпeннo вoсxoдит к свeрxумнoму пoстижeнию лoгoсoв в eдинeнии с Лoгoсoм. Aвтoр прoдoлжaeт aнaлиз сoзeрцaтeльнoй прaктики умнoгo дeлaния, в кoтoрoй пoстигaeтся смысл пяти дeлeний и пути иx прeoдoлeния чeлoвeкoм. Блaгoдaть oбучaeт и нaстaвляeт всякoгo мoлящeгoся дaжe тoгдa, кoгдa рядoм нeт oпытнoгo нaстaвникa, нo eсть смирeниe и стрeмлeниe к Бoгу. O лoгoсe твaрнoгo мирa Мaксим гoвoрит в Мистaгoгии кaк o лoгoсe eдинooбрaзующeй силы, сoeдиняющeм умoпoстигaeмoe и чувствeннoe в eдиную ипoстaсь пo зaкoну Твoрцa – «Кaждый из этиx мирoв, срaщeнныx в eдинeнии, нe oтвeргaeт и нe oтрицaeт другoгo, пo зaкoну [Твoрцa], сoeдинившeгo иx. Oсoбую рoль eдинoвиднoгo сoзeрцaния Мaксим выдeляeт при oписaнии трex движeний души – чувствa, рaссудкa и умa: «Чувствo, сoдeржaщee тoлькo прoстыe дуxoвныe лoгoсы чувствeннoгo, святыe вoзнeсли к уму пoсрeдствoм рaссудкa. Рaссудитeльнoсть прoявляeтся в рaзличeнии приснoдвижнoй нeизмeннoсти, a рaзум – в дoбрoдeтeльнoй дeятeльнoсти умa пo устрeмлeнию к пoстижeнию сoзeрцaeмыx вeщeй. При этoм Мaксим рaзличaeт двa видa мышлeния – eдинoвиднoe и мнoжeствeннoe: «Мышлeниe фoрмируeтся мыслимыми [вeщaми]; будь oнo eдиным или мнoжeствeнным, oнo фoрмируeтся пo oбрaзу кaждoгo из мыслимыx» [14]. – СПб.: «Издaтeльствo Oлeгa Aбышкo», 2005, стр. Сoзeрцaeмыe умoм энeргии лoгoсoв в чистoй мoлитвe вoспринимaются блaгoдaря умным энeргиям aнгeлoв. Издaтeльствo «AЛEТEИЯ» (Сaнкт-Пeтeрбург) при учaстии Грeкo-лaтинскoгo кaбинeтa Ю.A. В этoм тeкстe Плoтин гoвoрит o «сплeтeнии» пeрвыx рoдoв в eдинoe цeлoe, чтo в Труднoсти 41 сooтвeтствуeт трoпoсу смeшeния всex прирoд в лoгoсe eдинoгo твaрнoгo, кoтoрый oбъeмлeт всe лoгoсы в eдинoe цeлoe. М.: Изд-вo Прaвoслaвнoгo Брaтствa Святитeля Филaрeтa Мoскoвскoгo, 1999. 59.[31] Прп. 6. A втoрoe сoстoяниe чистoй мoлитвы бывaeт у бeзмoлвникoв, кoтoрыe oтрeшaют сeбя и свoй ум в тeрпeливoм прeбывaнии в мoлитвe и бoгoлюбии. 373.[30] Плoтин. Тoлкoвaния Мaксимa Испoвeдникa. И в этoй мoлитвe мы прeдстaнeм пeрeд Ним лицoм к лицу, oдин нa oдин, ибo Oн eсть eдиный и eдинствeнный. A успoкoившийся ум, сoвeршeннo oсвoбoждeнный oт движeния в oтнoшeнии всeгo сущeгo и дaжe oт сaмoй eстeствeннoй свoeй дeятeльнoсти, oни приблизили к Бoгу, и в нeм [умe], всeцeлo свeдeнныe к Бoгу, удoстoились чeрeз Дуxa смeшaться с Бoгoм, кaк цeлыe с цeлым»[21]. «Прoстoe и нeдeлимoe eдинoвиднoe рaзумeниe» – этo нe плoд рaссудoчнoй дeятeльнoсти «филoсoфa», a eдинoвиднoe сoзeрцaниe лoгoсoв сущиx в сoстoянии чистoй мoлитвы. И этo пoзвoляeт нe нaучнo, нo бoгoслoвски попытаться соотнести одно с другим.В Трудности 41 Максим говорит о человеке как об обладающем в себе всеми частями природ тварного мира и что предназначение человека состоит в том, чтобы соединить в себе разделенные части в единое целое и соединиться с Богом. Шичалина, 1991. Симеона Нового Богослова: «Ум, будучи простым, или, скорее, обнаженным от всякой мысли и всецело облаченным в простой божественный свет, покрываемым этим светом, не может найти ничего иного, кроме того, в чем он пребывает <…>, будучи светом во свете, но не светом сам по себе. Другая школа, которую правильно было бы назвать натуралистической, тоже сформировалась в Египте; виднейшие ее представители – преп. Сидаш: «…издревле в мистико-аскетическом предании Церкви были два пути восхождения, один из которых основательно забыт, а другой практикуется и по сию пору. Эта школа была представлена в России величайшим из русских подвижников – святым и благословенным Нилом Сорским, а также св. Все ведь меньшее обращено к превосходящему. Григорий Палама, св. глава 3.3.1 в его книге.[26] Прп. О небесной иерархии, 7.4, схолия 39.[34] Псевдо–Дионисий Ареопагит: «Говорят, что божественные умы движутся по окружности». Созерцательная сторона – это обретение ведения логосов сущих посредством умного делания (исихии).2. Максим Исповедник, а из более поздних учителей св. Однако созерцательная деятельность такого «философа» лишь расширяется в плоскости постижения логоса земли, а плоды этой деятельности лишь кажутся возрастанием в познании Бога. И если первые два этапа помогают молящемуся в очищении ума и сердца и стяжании нравственных добродетелей, то в чистой молитве ум восходит благодатью Святого Духа к созерцанию божественных логосов. А по сути рассудочная философская деятельность мало чем отличается от душевной деятельности музыкантов и поэтов, которые, как говорит Платон, «ценят уши выше ума»[20]. Все чувственное соединяется в единицу. Умаление благодати приводит к утрате благодатных состояний чистой молитвы и воспринимается как наказующее или испытывающее действие Духа и побуждает молящегося к смирению и покаянию. И если объект созерцания существует во времени, то и ум мыслит о нем и рассуждает во времени. Мы отметили две стороны жизни человека – деятельную и созерцательную, «ибо без добродетели и ведения никому никогда не было возможно улучить спасение» (1065D). Так с обретением в себе логоса человека утрачивается зависимость от различия людей по половому признаку. Петрова[43] Псевдо–Дионисий Ареопагит: «Имя же херувимов – их разумность и боговидность, способность воспринимать высочайшее светодаяние и созерцать в первозданной силе благолепие Богоначалия, преисполняться умудряющего преподания и обильно приобщать вторичных к излитию дарованной премудрости». Чем выше уровень смешения сущих, тем проще восприятие. Сведение в себе противоположных природ в деятельной стороне жизни означает соблюдение праведного образа жизни, при котором человек перестает быть зависим от противоположностей, они перестают замечаться и оказывать влияние на произволение человека, соединяясь в тождество целого. И, соответственно этому закону, в них заложен логос единообразующей силы <…> ипостаси в [этом] единении»[1].Первое деление между тварным и не тварным преодолевается сверхъестественно по благодати и не имеет единого логоса – «любовью соединив тварную природу с нетварной (о чудо Божественного о нас человеколюбия!), человек явил бы их едиными и тождественными по свойству благодати» (1308В). Не всякий ум способен созерцать, но только чистый ум: «Чистый ум есть вышедший из неведения, и просвещаемый Божественным светом… Чистый ум пребывает или в простых помышлениях о вещах человеческих, или в естественном созерцании видимого, или в созерцании невидимого, или во свете Святыя Троицы»[4].Ведение – это процесс созерцания логосов сущих, которое сохраняются в памяти в виде умопостигаемых образов аналогично процессу видения глазом. Умная способность ума проявляется в созерцании и постижении логосов вещей видимого и невидимого миров. Марк Эфесский – помещали ум в сердце, учили о мистическом значении физиологии, практиковали Иисусову молитву; в теории все эти люди были куда ближе перипатетикам и стоикам, нежели платоникам. Для всех этих людей подлинно существующим было умопостигаемое, и умозрение не было некоей мирской деятельностью, но именно путем восхождения к Богу. Пер., вступ. В русской духовности эта школа не представлена вообще. Ум, непрерывно вращающийся по кругу[33] односложной молитвы в самом себе, подражает гностическим свойствам ангелов[34] и обретает, как говорит Аристотель, удивительное удовольствие, самодостаточность и мудрость в единовидном созерцании, которое превосходит всякое удовольствие ищущих знание посредством множественного мышления[35]. 100-118.[32] Прп. Тогда дается незабывающее ведение, ни в чем не уступающее ангельскому ведению господств, сил и властей. На практике это осуществляется во время молитвы отрешением ума от словесных мыслей и сосредоточением внимания на смыслах слов Иисусовой молитвы. Когда же все многообразие умопостигаемого в тропосе смешения соединяется в единое восприятие, то происходит смешение умопостигаемого и чувственного в единое и простое восприятие энергий логоса тварного, соединяющего умопостигаемое и чувственное в единую ипостась всего сущего. О красоте единовидного созерцания как наиболее высокой деятельности человека писали античные философы Платон, Аристотель, Плотин и христианские богословы. Природа человеческого ума едина с природой ангельского ума. 20-37 (PG 91, 669АВ). Из этого знания рождаются и логические посылки, и методы рассудительности. При этом четверка логических методов деления, определения, доказательства и анализа, которые продемонстрированы Платоном в его диалогах и о которых «неоднократно говорят философы – Прокл, Аммоний (сын Гермия), Элий, Давид и у Христиан- Иоанн Дамаскин и Иоанн Скотт»[25] как о методах диалектики, являются для Платона следствием восхождения ума по лестнице ведения логосов (см. Она не делилась бы для него сообразно различию своих частей, но скорее сводилась бы воедино, поскольку он не испытывал бы никакой зависимости ни от одной из ее частей» (1305D). Такое равноангельское ведение дается благодатью Святого Духа при произволении молящегося к безмолвному образу жизни, при котором взаимодействие ума с чувственными вещами ограничивается минимальной потребностью жизнеобеспечения, а все внимание устремляется к созерцанию и богомыслию. Петрова из доклада по ссылке 11.[38] Прп. (Пьер Адо прекрасно изложил учение Плотина о необходимости добродетели внутреннего созерцания и его советы, как этого достичь, но, не имея опыта умного делания, трактует метод Плотина как простой взгляд внутрь себя).[29] Т.Г. Также ведение означает результат процесса ведения в виде опытного знания. С. А здесь мы остановимся на том методе, который для Максима является истинной наукой. «Любовь есть благое расположение души, по которому она ничего из существующего не предпочитает познанию Бога»; Главы о любви, 1.1.[20] Платон. И пока существует ум, он будет мыслить и рассуждать либо единовидно вне времени, либо множественно во времени. Логос тварного соединяет все сущее в единую ипостась тварного мира. Петрова.[40] Плотин в русских переводах. Мистагогия 5.[4] Прп. Перевод В.В. Если раньше молящийся различал пространственные положения своего тела и мог слышать молитву в локальной точке духовного сердца, то с восхищением на небо молящийся переходит в состояние, при котором тело и сердце перестают различаться, словно соединяясь в нечто единое и расширяясь до бесконечности. Это указание на умное делание исихастов. Для сравнения приведем сначала описание единения с Единым у Плотина: «Подобно глазу, и ум наш, когда закроет взор свой от всех свойственных ему предметов и всецело в себе самом сосредоточится, тогда и он может, не видя ничего, узреть нечто – узреть не тот отраженный свет, который присущ всему вне его находящемуся (т. В этом тропосе бытия и молитва творится соответственно, и могут даваться образы, обладающие формой, но дающие смысловое единовидное их постижение, как у апостола Петра при схождении с небес корзины с различными яствами. В этом состоянии постижения энергии высшего логоса тварного мира ум обретает силу и господствует, словно властелин, над всем тварным миром, соединившись с ним в единое целое. Согласно Ареопагиту, «средний порядок небесных умов очищается, просвещается и совершенствуется каким сказано образом богоначальными осияниями, подаваемыми ему вторично через первый иерархический порядок, и через этот средний второявленно передаваемыми далее». 14:15). И ум может существовать как в тропосе (способе) земного бытия, так и в тропосе ангельского бытия. Без первого невозможно перейти ко второму. Нам представляется, что именно эта практика стала источником ведения Максима, которое изложено в Трудности 41. Чем выше степень общности логоса, тем выше положение человека и его тропос существования становится все более простым и согласным с замыслом Божьим о человеке. В ангельском тропосе движения ума осуществляются единовидно в вечности и бесконечности. Низшие ангелы знают логосы чувственных вещей не по изучению частных вещей, а по состоянию ума в тропосе смешения чувственного мира к простой единице. Также весь тварный мир гностически упрощается до единицы, когда молящийся ум человека обретает в себе единовидное ведение логоса единого тварного мира. Душа у Плотина является чувственной природой тварного мира, и Она вместе со своими творениями делится на два состояния – высшее, которое устремлено к Богу, и низшее, которое устремлено к земле обитания. Поэтому диалектика Платона не ограничивается интеллектуальной деятельностью современного «философа», а лишь пользуется ей как предварительной подготовкой для восхождения ума к мистическому созерцанию и обретению мудрости единовидного мышления вплоть до единения с Благом. 532а.[23] Плотин. Это же ведение описывает и Плотин как ведение диалектики. Благодаря данному преодолению, по мысли преподобного Максима, осуществляется мистическое восхождение ума к единению с Богом. Максим различает «деятельное, естественное и богословское любомудрие, или, – что то же самое, – боголюбие» (PG91, 1296B). Это мистическое состояние Максим описывает в главах о любви как первое состояние чистой молитвы, а в Трудности 41 – как вознесение на небо: «Затем, сделав свою жизнь во всем тождественной ангелам по добродетели (насколько это доступно людям) и соединив тем самым землю с небом, человек сделал бы единым и всецело неделимым в себе все чувственное творение, которое совершенно не имело бы для него пространственного деления на расстояния, поскольку человек сделался бы духовно легким и никакой телесной тяжестью не притягивался бы к земле и не удерживался бы от восхождения на небеса в силу совершенной слепоты к здешним вещам своего ума, преданно устремленного к Богу и мудро совершающего, как бы вслед общему пути, начавшееся с обращения к Богу и естественно продвигающееся шаг за шагом восхождение» (1308A). О телесной легкости и восхождении на небо во время чистой молитвы Максим говорит также в умозрительных «Главах о Богословии и Домостроительстве Сына Божьего»: «Перешедший от деятельного состояния к умозрительному отсутствует в теле. Естественное любомудрие – это постижение видимого мира и его законов с целью постижения Бога как Причины всего сущего. Главы о любви, 1.17.[10] Прп. Многое отрицается не только и не столько отшельничеством и затворничеством, но прилежной молитвой, как сказано великим безмолвником: «Молитва есть умерщвление понятий, свойственных воле плотской жизни. рис. 211.[41] Псевдо–Дионисий Ареопагит: «И первое [Первый троичный чин: престолы, херувимы, серафимы], говорит он, пребывает всегда около Бога, близко к Нему и прежде других, непосредственно, согласно преданию, соединяется с Ним». Т. Без такой деятельности и созерцания человек не может подниматься по ступеням ведения, приближаться к Богу и обрести премудрость, свойственную высшему ангельскому чину херувимов[43]. Первый сложился в недрах Александрийской школы и был весьма близок платоникам; главными его представителями на Востоке были: Климент Александрийский, Ориген, св. Мистагогия II. Такое представление о Каллисте Ангеликуде (Катафигиоте) может возникнуть, если ограничиться текстом в 5-м томе Добротолюбия «Уцелевшие главы св. ст., коммент. последние остатки античной отстраненности и величия, которые сохраняла до известной степени и раннехристианская традиция)». Слова подвижнические. Эти состояния души в Трудности 41 названы раем и землей обитания. Может возникнуть вопрос относительно отсутствия христианской веры у Плотина и того, что его ученик писал трактаты против христианства. Различение соединения противоположного в единое Максим называет созерцательным тропосом смешения.3. 106.[18] Прп. Эннеады. Максим Исповедник. То есть чувственный мир во время чистой молитвы гностически упрощается до единицы. Макарий Великий, преп. Это слово в других изданиях известно, как «Исихастская практика» и «Исихастсткое утешение», где он прямо говорит об Иисусовой молитве и практике умного делания. Для пары умопостигаемое и чувственное логосом единения является логос единого тварного мира – «соединил умопостигаемое и чувственное, явив в Себе совершенно неделимым и непоколебимым схождение всего творения в единство, осуществляющееся сообразно его наипервейшему и наиболее цельному логосу» (1309С). Трудность Х.8 (PG91, 1113АВ). Умное делание позволяет уму выходить из земного тропоса и восходить при содействии Духа к тропосу ангельского мышления. 2) в созерцательных тропосах смешения и положения.Максим в Трудности 41 говорит о ведении святых (то есть сподобившихся обожения) о том, что все сущее поделено пятью делениями. Именно этим термином в русской литературе по умному деланию обычно обозначают исихастскую практику безмолвной молитвы, которая осуществляется в тишине (исихии) ума от всякого помысла и чувственных ощущений при единовидном созерцании. Сидаша, Р.В. Максим описывает это так: «Всякое мышление отражает множественность или, по крайней мере, двойственность. Незабывающее ведение можно соотнести с ведением ангелов средней иерархии. Исихий, Никифор монашествующий, преп. А в терминах Максима это означает, что следом за деятельным и естественным любомудрием должно следовать богословское любомудрие, но «философ» ценит естественное ведение выше божественного любомудрия. А также в его сочинении «О духовной брани и о согласном с ней священном безмолвии»: «И те, кто, преславно избрав удаление от людей и безмолвие и устремившись всею душой, предали себя пустыням – в горах, в пещерах, в ущельях земных (Евр. А истинная вера приходит не от слышания, а от созерцания неизреченных глаголов Божественного света: «Духовное же ведение есть ощущение сокровенного. При этом брачные отношения могут оставаться, но они наполняются духовным содержанием и совместным устремлением к Богу, подобно патриарху Аврааму, преодолевшему, по словам Максима, все то, что отторгает ум от созерцания божественного (1148А). И при этом к числу таких интеллектуалов (что удивительно!) причисляются древние платоники и ранние христиане, Дионисий Ареопагит, Максим Исповедник и Каллист Катафигиот[29]. Максим Исповедник. Книга 7, 534с.[28] Пьер Адо. С ведением рая две части земли соединяются в единое ведение, и человек, обретая в себе логос единой земли, восходит в своем положении на ступень выше, где единая земля становится частью чувственной природы. О духовной брани и о согласном с ней священном безмолвии. 531а.[21] Преподобный Максим Исповедник. В этот благодатный момент сердце становится обителью для Иисуса Христа и наполняется благодатью Любви Христовой ко всякому человеку, которая всех равно любит. При этом в первом состоянии ум пребывает в предстоянии Богу, но не восходит к созерцанию логосов: «Два есть высочайших состояния чистой молитвы. 144[24] Плотин. Что означает сведение воедино в себе противоположных природ?3. В деятельной стороне жизни серединой является добродетель, а в созерцательной стороне жизни серединой является ведение логосов, соединяющих противоположное в единое.4. Мистагогия V.[6] Прп. При этом незабывающее ведение обретается – как и у Платона после того, как ум проходит все умопостигаемое, а ведение истины и блага у Максима и Плотина означают единение с Единым – когда ум пребывает в молчании.Диалектический метод Платона – это метод исихии, а диалектика – это ведение логосов сущих, обретаемое при единовидном созерцании в тропосах смешения и положения, которые мы подробно рассмотрели выше в разделе 6. Его описание единения с первым Богом, именуемым как Единое, а также как Благо, отражают опыт обожения. Петрова.[22] Платон. Малеванский, стр. Мудрость – это способность ума к единовидному созерцанию высших логосов, а также ведение наиболее общих логосов сущих, включая высший логос тварного мира: «…ум есть и называется мудростью, когда он всецело блюдет свои непреложные стремления к Богу <…> ум, приводимый в движение мудростью, приходит к созерцанию; посредством созерцания – к ведению <…> силой ума является мудрость, а сам ум есть мудрость в возможности»[5].Любомудрие – «любомудрие же как связующее между собой нрав и волю (γνώμης), деяние и созерцание, добродетель и ведение, и понимаемое по отношению к мудрости в качестве причины» (1136D). Главы о любви. Главы о любви. Ниже Блага расположен умопостигаемый мир (Ум и эйдосы), а противоположное Благу и Уму – это тленный чувственный мир Души. Все телесные органы чувств молитвенника как бы перестают существовать. А «успокоившийся ум» – это вознесение ума к молчанию в единении с Богом. Петров. Петрова.[9] Прп. Тогда, двигаясь окрест логосов, которые относятся к Богу, ум воспринимает относящиеся к Нему чистые и явные отобразы Его»[8]. Без умного делания подвижник может умалять страсти и постигать с помощью рассудочного мышления логосы отдельных вещей видимого мира, но не может прийти к ведению рая и ангельскому ведению логосов сущих, как это описано Максимом в Трудности 41. Смыслы слов Иисусовой молитвы безобразны, бессловесны, божественны, неизменны, вечны и являют собой логосы Божественного света. Умное делание начинается с устной Иисусовой молитвы, творимой устами, и постепенно превращается в навык внимательной молитвы, сначала творимой умом в голове, а затем на гортани. В этом же томе есть еще один текст Каллиста Ангеликуда «Слово XXII», который еп. А мыслимое есть либо субстрат, либо то, что в субъекте; от него неотделима способность быть постигаемым мыслью или предлежащая сущность, к которой относится эта способность. Одно бывает в душе от страха Божия и благой надежды; другое от Божественной любви и крайней чистоты. – СПб.: «Издательство Олега Абышко», 2004. Первая эннеада». ноуменам), но свет только сам по себе и в себе во всей его чистоте, узрит его, когда он не извне, а внутри его самого внезапно появится и озарит его. Человек постепенно восходит по лестнице естественных тропосов к высшей простоте ума (см. Слово 84.[33] Аристотель: «Существует что-то, что вечно движется безостановочным движением, а таково – движение круговое»; Метафизика, (XII 7). Прп. Постепенно любовь к молитве и терпеливое пребывание в безмолвии вознаграждаются переходом к состоянию, которое Максим описывает, как восхищение на небо. В этом состоянии единения постигаются единообразно все логосы сущих, которые до этого постигались в виде образов и подобий Божественного света на разных ступенях созерцания: «Когда душа станет единовидной и соединится с собой и с Богом, то уже не останется помысла, по примышлению разделяющего ее на многое; она увенчает главу первым, единственным и единым Логосом и Богом, в Котором как в Создателе и Творце сущих в соответствии с единой и непомыслимой простотой единообразно существуют и пребывают все логосы сущего. Далее: «Удержавшись от блужданий вокруг чувственного, диалектика располагается в умопостигаемом и там занимается своим [предназначенным ей делом], отвергая ложь и насыщая душу в том, что было названо [Платоном] полями истины». Здесь Плотин говорит о преодолении второго деления через смешение всего сущего в единицу и переход к созерцанию множественности умопостигаемого мира. Деятельная сторона жизни управляется разумом, а созерцательная – умом. Т.Г. Максим Исповедник. 2). – СПб.: Алетейя; Издательство Олега Абышко, 2002.[3] Прп. И далее Плотин говорит о «разъединении, пока не достигнет начала». Соединение тварного и нетварного не имеет логоса природного единения, но осуществляется сверхъестественно по благодати единения с Логосом-Богом. Для дальнейшего рассмотрения лестницы восхождения к Богу необходимо уточнить, что понимает Максим под терминами «логос», «ум» и «разум», «созерцание», «ведение», «мышление», «мудрость».Логос – этот термин является многозначным у Максима, но в контексте Трудности 41 мы ограничимся значением, которое определил Ареопагит и которое уже цитировалось нами во втором разделе об умопостигаемом: «Логосы сущих, каковые богословие называет предначертаниями и божественными и благими пожеланиями, разделяющими и творящими сущее, в соответствии с которыми Сверхсущественный все сущее и предопределил и осуществил»[2].Ум и разум – это не два различных органа души, а две способности человеческого ума. Деятельная сторона – это стяжание добродетелей. Признак первой меры есть тот, когда собирают ум от всех мирских помыслов, творя молитвы без развлечения и смятения, и как бы Сам Бог предстоял ему, как и предстоит действительно»[7]. А во втором состоянии ум восхищается благодатью к вершине умного делания – безмолвному единовидному созерцанию логосов: «…восхищение ума божественным и беспредельным светом в самом порыве молитвы, когда он вообще не чувствует ни самого себя, ни что-либо из сущих, а лишь одного Того, Кто Своей любовью так озаряет его. Молящийся ощущает райское блаженство, как говорит Максим: «Блажен человек, который всякого равно любить может»[9]. И исполняется просимое в Иисусовой молитве, как обещано Христом: «Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю <…>, и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. Максим Исповедник. Максим Исповедник. Малеванский, стр. И слова Ареопагита о предназначении небесной иерархии ангелов в полной мере относятся к предназначению человека в преодолении иерархии делений, описываемых в Трудности 41: «Цель иерархии – уподобление по мере возможности Богу и соединение с Ним»[45]. Таким образом, созерцательные умозрения Максима в Трудности 41 о делениях тварного мира соединяются с платоновской диалектикой и Небесной иерархией Ареопагита в единое ведение святых о ступенях ведения на пути к познанию и единению человека с Богом.[1] Прп. Приведем некоторые доводы в опровержение такого представления о возможности интеллектуального созерцания вне молитвы. Проникновением в смыслы ум выходит из движений во времени и восходит к движениям в тропосе вечности, то есть к созерцанию невидимых вещей, постигаемых умом. При этом различаются не логосы частных вещей тварного мира, а логосы промысла и суда по отношению к личности молящегося и его собратьев, а также логосы смешения и положения, обучающие и наставляющие молящегося на путь истины.В Трудности 10 Максим описывает «пять тропосов [способов]созерцания, коими разделяя тварь, святые благочестиво собирали ее таинственные логосы, расчленяя ее на сущность, движение, различие, смешение и положение» (1123В), из которых тропосы смешения и положения соответствуют ведению логосов всеобщих природ, рассмотренных выше. Различие положений в небесной иерархии ангельских чинов аналогично различию положений ума при восхождении по лестнице ведения всеобщих логосов. Так, мышлением самого себя и Того, Кто прежде него, от Кого он [ум] воссиял, поскольку Богом ведь, захотевшим это, он был произведен, он будет вращаться вокруг Него, чтобы не сказать вокруг стремления и любви к Богу, словно около центра». Главное – это опыт единовидного созерцания и обожения, а различия – в интерпретации опыта в тех понятиях, которыми они пользовались в своей среде общения. Если тропос положения дифференцирует состояние ума и определяет положение молящегося по отношению к благодати, то тропос смешения, наоборот, интегрирует созерцательные движения ума и соединяет восприятие множественного и противоположного в простое единовидное восприятие логоса, который соединяет все в нераздельное тождество единицы. Знание истины обретается в постижении умопостигаемых эйдосов, что в терминологии Максима означает постижение логосов. Первый (я подразумеваю ум) есть и называется мудростью, когда он всецело блюдет свои непреложные стремления к Богу»[3].Созерцание – это проявление способности ума созерцать невидимые логосы сущих также, как видение – это проявление зрительной способности глаза видеть внешние формы вещей. Молитва очищает ум и сердце молящегося, и однажды наступает момент кардинального изменения молитвы, когда человеку открывается ведение рая. <…> Прежде чем мы попытаемся дать ответ на этот вопрос, обратимся к Богу, но призовем его не словами, но душой, вознеся себя к Нему на молитву. При этом человек не становится ангелом, но во время молитвы Духом Святым ему открывается ангельское ведение всеобщих логосов.Теперь рассмотрим более подробно способность ума к единовидному созерцанию. Но христианство учит, что главное – это не вера в догматы, а любовь к Богу, «ибо таких поклонников Отец ищет Себе. <…> А поэтому тот, кто в какой-либо мере сопричаствует мышлению, еще не выходит за пределы двойственности; тот же, кто совершенно оставляет это мышление, оказывается неким образом в Единице и отстраняет от себя способность мыслить»[15]. В практике умного делания, описываемой отцами-исихастами, обретается опыт единовидного умного созерцания и опыт превосхождения ума и вознесения к Единице, то есть к единению с единой и простой Троицей. А разумная способность проявляется в руководящей роли ума по совершению добродетелей: «…к разумной силе относятся деятельная и созерцательная способности; созерцательная называется умом, а деятельная – разумом. Например, всему чувственному присуще время и телесное ощущение, и одним из первых признаков перехода к простому восприятию является исчезновение всех чувственных ощущений пяти телесных чувств, включая собственное тело и его ориентацию в пространстве, а также физиологических процессов, таких как дыхание, сердцебиение, усталость, тяжесть стояния. Перевод В.В. С обретением логоса земли утрачивается различение деления по признаку жизни на земле обитания и в рае сердца. И возникает вопрос, в чем причина того, что многие современные философы и богословы, просвещенные верой и знанием, ведя добродетельный образ жизни и созерцая видимый мир, не могут обрести опыта единовидного созерцания, которого достигал Плотин[16]. И посредством них [логосов] она теперь бережно и гармонично приводится к Нему – Содержителю и Творцу всякого логоса и всякой причины»[42]. Деления тварного мира, таким образом, составляют иерархию ступеней ведения, на которые человек восходит посредством добродетелей деятельного очищения сердца и созерцательного делания ума. Дело в том, что переключение ума на единовидное созерцание выше произволения человека и дается по благодати. / Путь к священному безмолвию: Малоизвестные творения святых отцов-исихастов. Каллист Ангеликуд. И пока «философ» не поймет, что одна безмолвная молитва в Духе выше и важнее его многословных трудов в рассудке, и не будет ей предпочитать иное, то и получит вместо истинной диалектики ложное мнение о ней. При этом забота о жизнеобеспечении не исключается, но она перестает быть главной, как в евангельской притче о Марфе и Марии. Эти три основные этапа Максим называет деятельным, естественным и богословским любомудрием, составляющих единую философию боголюбия. И поскольку ум и разум – это две способности единого ума, то и две стороны спасения не осуществляются раздельно одна от другой: «Ум, который, как мы сказали, называется также мудростью, развиваясь посредством навыка в созерцании неизреченного безмолвия и в ведении, приводится к истине с помощью незабывающего и бесконечного знания. Ангелы более высоких чинов соединены с чувственным миром через ведение всеобщего логоса единого тварного мира, объемлющего умопостигаемое и чувственное как целое. Можно сказать, что между Плотином и христианскими исихастами наблюдается единство в главном и различие в частном. С этого знаменательного восстановления присутствия Святого Духа и Любви Христовой в сердце и обретения в себе логоса райского бытия начинается истинная духовная жизнь и переход к созерцательному образу жизни естественного любомудрия.Велико и чудно, как говорят отцы, ведение рая в сердце. 1.3.4 / «Плотин. Он умопостигаем, <…> минуя ощущения, посредством одного лишь разума, устремляется к сущности любого предмета и не отступает, пока при помощи самого мышления не постигнет сущности блага. Началом для Плотина является Единое, а «разъединение» – это отделение ума созерцателя от всего, что созерцалось до этого как целое, и устремление к Единому. Именно опыт исихии и обожения есть метод, позволяющий судить о платоновской идее блага и доказывать истину не на основе мнения, а на основе ведения Истины и Блага, которые, по словам Максима, «обнаруживают Бога»[26]. Продвижение вверх в деятельной стороне означает обретение более высокой добродетели, начиная с обретения нравственных добродетелей, затем добродетелей познания естественных законов и далее переход к высшей добродетели созерцания в Духе. С вознесением на небо[12] все чувственное соединяется в единое ведение логоса чувственного, и человек восходит в своем положении еще на ступень выше, где единое чувственное становится противоположностью множественного умопостигаемого мира. Рассудок, содержащий логосы существующего, они в одном простом и неделимом разумении единовидно соединили с умом. Существуют и другие мнения о методах созерцательного восхождения ума к истине, которые якобы возможны без практики безмолвной молитвы, или, что тоже самое, исихии. Различение восхождения или снижения уровня созерцания логосов Максим называет созерцательным тропосом положения. Напомним, что говорит Максим о преодолении делений ипостаси тварного мира в порядке снизу-вверх от самого низшего состояния падшего человека к наивысшему состоянию обожения. Пятое деление самого человека на мужское и женское своеобразие преодолевается «благодаря бесстрастнейшему расположению в божественной добродетели <…> через совершенное единение с собственным, как я сказал, логосом» (1305С).Четвертое деление природы земли на рай и землю обитания преодолевается, когда «посредством своей святой жизни обитаемую землю с раем человек сделал бы единой землю. Мистагогия V. и послесл. Поэтому тропосы смешения и положения Максим называет в Трудности 10 «педагогическими, приводящими к добродетели и сродству с Богом». Высшим положением человека является Сыно-положение, которое уже не зависит от произволения человека, а является вознесением к богословскому любомудрию по дару благодати: «Имена по своему охвату бывают относящимися одни к сущности, другие – к отношению, третьи – к благодати или погибели. И когда ощутит кто сие невидимое и во многом превосходнейшее, тогда приемлет оно от сего именование духовного ведения, и в ощущении его рождается иная вера, не противная вере первой, но утверждающая ту веру. Многие современные философы-богословы тщательно изучают труды древних философов и богословские труды святых отцов, и в том числе отцов-исихастов, ведут аскетический образ жизни, отвергая излишества чувственных наслаждений, ничего не предпочитая, как говорит Максим, благому расположению души к познанию Бога[19], но не подозревают, что именно их философская деятельность становится препятствием к познанию Бога. Главы о любви 1.33 и 1.97.[5] Прп. Как говорит Плотин, в этом высшем состоянии ума мир можно описать, как «живую прозрачную сферу, играющую разноцветными лучами, или массу соединенных в одно целое живых, прозрачных всяческих лиц, а еще лучше – массу чистых, чуждых всякого недостатка душ, составляющих из себя как бы пирамиду, вершину которой занимает ум и освещает отсюда все пространство этого умопостигаемого мира»[40]. В следующем разделе «О диалектике» мы рассмотрим эти методы. Таким образом, ведение молящегося чистой молитвой можно соотнести с ведением ангелов низшей иерархии. Если при смешении восприятия земных вещей теряется различение телесных признаков, то при переходе от восприятия всего чувственного к восприятию множественности умопостигаемого мира теряется восприятие чувственных и духовных ощущений и ум пребывает в состоянии только умопостижения и различения логосов[13]. Григорий Богослов), Евагрий Понтийский, Синезий Птолемаидский, св. Pierre Hadot. Движения же умов и душ кругообразны и цикличны, как и Иезекииль говорит, – поскольку они выходят из самих себя и обратно в самих себя возвращаются, не покидая себя. Эннеады V.5.7-8./ Плотин в русских переводах. V.8,4.[25] В.В. Плотин, или простота взгляда. Мистагогия V.[7] Прп. Далее: «Диалектика пользуется Платоновым делением для различения эйдосов и в определении того, что есть что, и в [нахождении] первых родов, сплетая тех, что произошли от этих первых родов [с целым Ума], пока не проходит всё умопостигаемое; тогда она снова разъединяет, пока не достигнет начала». Здесь Плотин описывает деления по родам и нахождение первых родов аналогично Трудности 41. Первыми родами Максим называет наиболее общие природы, которыми вся чувственная природа делится на небо и землю, рай и землю обитания. Аналогично Максим в Мистагогии V говорит о «навыке в созерцании неизреченного безмолвия», с помощью которого ум приводится к незабывающему и бесконечному ведению и к истине. Книга 1: Перевод Сидорова.//Мартис, 1993.[2] Дионисий Ареопагит. <…> ко благодати же – когда человека, ставшего во всем послушным Богу, Писание именует богом, по реченному: «Аз рех бози есте», хотя он ни по природе, ни по отношению не имеет [основания] быть или называться Богом, но по благодати и положению становится и именуется [таковым], ибо благодать [сыно]положения ни с чем не связана и не имеет для себя в природе никакой воспринимающей силы, потому что тогда она уже не была бы благодатью, а проявлением действия [этой] природной силы» (1237АВ). Теперь более подробно рассмотрим созерцательный тропос смешения. Григорий Синаит, св. Plotin ou la simplicite du regard. Ум обретает свободу от помыслов и чувств и легкость бессловесных движений, но еще сохраняется ощущение движения молитвы во времени и общее ощущение телесной невесомости. Ни одной из этих крайностей не присуще сохранять полностью простоты. Далее: «[диалектика] рассуждает о Благе, о неблаге, и о всех тех, что расположены ниже Блага, и о ему противоположном; она проясняет, что вечно, а что не вечно». Здесь Плотин говорит о Благе и неблаге. И при этом созерцатель осознает действие Святого Духа, восхищающее его на более высокое положение по отношению к причастию благодати. Paris, 1989. При этом человек телесно остается жить на земле, но во время молитвы его ум становится светоподобным и возносится к тонкому восприятию умопостигаемого мира. Ведение логоса единого тварного мира определяет тропос ума, при котором не различаются части двух миров, но весь тварный мир воспринимается единовидно как простая единица. 11, 38), в затворах, во всяком уединении и удалении от людей, всю жизнь проводили в безмолвии и никак иначе не философствовали, нежели умно и премирно об умопостигаемом и премирном божественном, за чем следует единение ума в самом себе, просветление и несказанное просвещение… Посему следует призывать Господа нашего Иисуса Христа в помощь с расположением и усердием»[31]. Каллист не только практиковал умное делание, но и явил его плоды в главах «О Божественном единении и созерцательной жизни», где развивает учение Плотина об уме и Едином в свете христианской веры и личного опыта просвещения Светом Святой Троицы. Рассмотрим основные деления Плотина: «Она [диалектика] есть наука, способная говорить о каждом согласно его логосу: что оно есть, и чем отлично от других, и что у него общего с теми, среди которых оно есть, и где каждое из них есть; и если оно действительно есть, то каково оно, и сколькие суть; и, опять же, сколько не-сущих, отличных от сущих». Здесь Плотин говорит о первом делении, отделяющем сущее от не-сущего, так как для Плотина сущим является нетварное, а не-сущим – тварное. Дионисий Ареопагит (кем бы он ни был), преп. Практика преодоления делений В настоящем разделе сделана попытка соотнесения учения Максима о преодолении делений с этапами-степенями развития молитвы в практике умного делания. Григорий Нисский (до какой-то степени и св. Максим Исповедник. Государство. Исаак Сирин. Эннеады VI.1.6. С обретением логоса чувственного утрачивается различение деления чувственных вещей по пространственному признаку на телесные вещи и светила на видимом небе. Псевдо–Дионисий Ареопагит начинает повествование о Небесной иерархии с Иисусовой молитвы: «Итак, призвав Иисуса, Отчий «Свет», сущий, <…> сколько есть сил, будем созерцать…» И уже совсем удивительно, что Каллист Ангеликуд причисляется к школе «интеллектуальных созерцателей». Каким образом практически можно осуществить восхождение к Богу?2. раздел 4 настоящей статьи о понятии «небо» в Трудности 41.[13] В первом разделе об умопостигаемом мы уточнили, что божественные логосы непостижимы для ума, но постижимы их тварные образы, образуемые высшими ангельскими чинами. Практикующих умное делание можно сравнить с ангелами, которые, подобно невидимым умным зеркалам, способны принимать и передавать, очищаться и очищать, просвещаться и просвещать Божественным светом ведения логосов сущих, словно «вторые светлости, служители первой Светлости»[44]. Мистагогия V.[39] Прп. Ум безмолвника во время молитвы постепенно восходит к тропосам единовидного созерцания все более общих логосов, начиная от обретения в себе логоса человека и завершая созерцанием высшего и наипервейшего логоса тварного мира. Государство. Этот второй путь представляетс, как интеллектуальный гнозис с помощью «античной отстраненности» ума или мистической «простоты взгляда»[28]. Светлова. 14, 14-23). Одно случается с людьми жизни деятельной, другое с людьми жизни созерцательной. Единовидное мышление свойственно созерцающему уму и состоит в простом восприятии простых сущностей, которыми являются логосы. 4:21). Находясь на вершине лестницы восхождения к Богу, ум не способен по своему произволению превратиться в божественное ничто и вознестись к божественному мраку неведения. В самоотвержении души обретается, наконец, любовь Божия»[36]. Но созерцательные умозрения Максима в Трудности 41 согласуются не только с диалектикой Платона, но и с созерцательными умозрениями Псевдо–Дионисия о небесной иерархии. Это происходит, когда благодатью Святого Духа отверзается духовное сердце молящегося и ум совлекается с гортани и соединяется с сердцем. Молитва творится самодвижно благодатью Святого Духа, радость и восторг соединяются с плачем сердца, изливающего вместе с молитвой усладительные потоки слез. Результатом постижения энергий здесь мыслилось некое просветленное состояние. При этом термин «положение» отражает степень причастности благодати Святого Духа. Первый мир Ума вечен, а второй мир Души – невечен. И при этом все многообразие логосов сущих соединено и объемлется ведением всеобщего логоса тварного мира. Соединение ангелов с чувственным миром проявляется в невидимом для глаза восприятии и передаче сияния Божественного света человеческим умам подобно вторичным светилам невидимого мира. Во-первых, Плотин прямо говорит, что созерцание начинается с безмолвной молитвы: «Но каким образом, кого и что созерцает Ум? Паисием Величковским, позднее свв. Максим Исповедник. Проблема заключается, как нам кажется, в том, что ум такого человека, назовем его условно «философом», удерживается во множественном мышлении. Издательство «АЛЕТЕИЯ» (Санкт-Петербург) при участии Греко-латинского кабинета Ю.А. 5:8. Поэтому для простоты изложения мы будем говорить об умопостижении логосов.[14] Прп. Максим Исповедник. Эта способность появляется, когда телесные чувства смолкают и ум восходит к созерцанию в тропосе ангельского ума. При этом соединение должно осуществляться путем последовательного сведения краев (противоположных природ) в единое целое и продвижения вверх к Богу через середины (противоположностей): «Ради этого человек вводится в число сущих последним, подобно некой естественной связке, опосредуя своими частями края всего мира и сводя в себе воедино то, что по природе удалено друг от друга на большое расстояние, чтобы, начав прежде всего с собственного деления, положить начало собирающему все сущее к Богу как к Причине, соединению и затем, непрерывно и последовательно продвигаясь через середины вперед, обрести в Боге, в Котором уже нет разделения, предел своему объединяющему всесущее возвышенному восхождению» (1305 ВС). Чтобы понять этот тезис Максима, надо ответить на несколько вопросов:1. Подобно тому, как при единении божественной и человеческой природ во Христе «тропос единения оставляет невредимым логос различия» (1056СD), также и в тропосе смешения не меняется логос человека и не утрачивается способность различения, но утрачивается влияние различий на его восприятие. 2.6.[8] Там же. Перевод В.В. Никодим Святогорец): «Даже самые стихийные мудрецы сознавали пользу безмолвия: философская школа неоплатоников, имевшая многих знаменитых последователей под руководством философа Плотина, глубоко развивала созерцательную, внутреннюю жизнь, достигаемую преимущественно в безмолвии»; Откровенные рассказы странника духовному своему отцу.[17] Плотин. ниже о единовидном мышлении.[12] См. Перевод В.В. Достигший [высокой] меры совершенства, будучи мертв и не мертв, живет в Боге <…>, он слеп как видящий не по естеству; он стал превыше всякого естественного зрения, как получивший новые глаза, которые несравненно лучше естественных, и видящий сверхъестественно»[18]. Совпадение переживаний высочайшего опыта обожения у преподобного Симеона Нового Богослова и Плотина прослеживается не только в словах, но и в изложении опыта единовидного созерцания и восхождения по лестнице ведения логосов. Этим мы не умаляем значение разумного доброделания, но возвышаем значение молитвенного созерцания. Из этого положения человек может быть вознесен по благодати к сверхъестественному состоянию единения с Логосом. Это состояние дается на время, и благодатные ощущения в сердце постепенно умаляются, самодвижность молитвы исчезает, и молящийся возвращается к трудовой молитве, но сохраняется тихое и едва заметное присутствие Духа в сердце и молитва творится в единстве ума и Духа, как говорит апостол Павел: «Стану молиться духом, стану молиться и умом» (1 Кор. Когда же подвижник умаляет страсти и переходит от нравственного любомудрия к практике умного делания, то наступает перемена в его взаимодействии с Богом. Умное делание с самого начала осуществляется не только по произволению человека, но и по дару призывающей благодати Святого Духа. Именно эту способность ума Платон называл диалектикой: «Тот самый напев, который выводит диалектика. Игнатием (Брянчаниновым) и Феофаном (Вышинским), а также всеми, кто теперь учит о «православной традиции того или иного» или просто, «без всяких философий», практикует Иисусову молитву по городам и весям. Множественное мышление свойственно разуму и включает рассудочное обдумывание, уразумение и рассуждение, протекающее во времени в виде словесных мыслей. Книга 7. Богословское любомудрие Максима и диалектический метод Платона Если кратко изложить содержание Трудности 41, то можно сказать, что этот трактат Максима призван указать путь восхождения к Богу, который начинается с деятельного стяжания добродетелей и естественного созерцания множественности видимого мира, переходит к единовидному созерцанию умопостигаемого мира и завершается вознесением к Богу. с древнегреч. И только когда ум будет вознесен к единению с Тем, Кто выше ума, то ум перестает мыслить и пребывает в состоянии сверхъестественного созерцания, при котором нет различия двоицы субъекта и объекта созерцания и нет никакой множественности – ум становится единым светом, подобно Свету Святой Троицы. Штофф. И потому созерцание обретается не рассудочным мышлением, а молитвой о милости Божьей. Не случайно «сотницы о любви» Максим начинает со слов о важности чистой молитвы для познания Бога: «Любовь есть благое расположение души, по которому она ничего из существующего не предпочитает познанию Бога… Все добродетели споспешествуют уму в возлюблении Бога, но всех более чистая молитва». Максим различает два состояния чистой молитвы, из которых первый свойственен для подвижников деятельного образа жизни, а второй – для созерцательной жизни. Схолия 49: «Движутся же они, мысля о превосходящем, и стоят, будучи познаваемы слабейшими, как умопостигаемые, пребывающие в собственном тождестве, ибо они – охрана и обитель для самих себя, в себе располагаются и в себе сосредоточены, а не рассеянны в чуждом благочестию. Так, восстановление в себе логоса единого человека возвышает его над скотоподобным образом жизни и делает способным к духовной жизни и молитве. Максим Исповедник. Деятельное любомудрие Максим называет также нравственным, так как его целью является стяжание нравственных добродетелей. Для пары рай и земля обитания логосом единения является логос единой земли – «земля едина и неделима в себе, ибо сохраняет тот логос, согласно которому существует свободной от деления на различные [места]» (1309В).Третье деление чувственной природы на небо и землю преодолевается, когда человек сделает «свою жизнь во всем тождественной ангелам по добродетели (насколько это доступно людям)» (1308A). С обретением логоса тварного мира утрачивается различие видимого телесного мира и невидимого ангельского мира по признаку ведения и неведения. А в земном тропосе ум движется в течении времени и в ограниченном пространстве. При этом теряется ориентация в пространстве, а молитва творится везде. Называют же ее верою созерцательною»[32]. Почему так важна уединенная молитва в безмолвии ума? Книга 7. Такой человек проводит нынешнюю свою жизнь в спячке и сновидениях»[27]. Однако среди современных философов бытует мнение, что помимо исихии и сердечной молитвы существует иной путь восхождения к Богу. Симеон Новый Богослов. Григорий Чудотворец, св. Богословское любомудрие – это мистическое созерцание божественных логосов и опыт обожения: «Соделать ум чистым от всякого страстного мечтания есть дело деятельного любомудрия; а естественного созерцания – явить его искусным в истинном знании причины, по которой существуют сущие; а богословской мистагогии – соделать его благодатью подобным Богу» и, насколько это возможно, равным по свойству и ничего более не помышляющим из того, что после Бога, по [своему] превосходству [над ними] (1241С). Теперь перейдем к более подробному изложению ответов на поставленные в начале раздела вопросы. Предлагаем читателям вторую часть ранее опубликованного исследования трактата прп. В этом состоянии постигаются энергии различных логосов сущих, и ум переходит в соответствующие тропосы созерцания. рис. Двадцать пять глав умозрительных и богословских. Шичалина, 1995, перевод Г.В. Небесная Иерархия, 7.1.[44] Святитель Григорий Богослов. Лестница восхождения по ступеням ведения логосов всеобщих природ, соединяющих противоположные природы в родовое единство. В этом состоит их просвещающая способность и миссия по отношению к человеку. Термин «любомудрие» в оригинале означает то же, что и «философия», но поскольку термин «философия» в настоящее время не ассоциируется с любовью к Богу, то переводчики обычно используют термин «любомудрие», которое ближе к «боголюбию». С богословской точки зрения Максим поясняет это преображение молящегося в терминах катафатического и апофатического познаний: «Ибо всякое естество словесных [тварей] сообразно своему чину и силе научается и подражает гностическим свойствам и катафатическим положениям вышестоящей сущности и чина посредством апофатических отъятий свойственного ей, так что катафатическое познание вышестоящего есть отрицание оставленного ниже <…> [апофатическим] отрицанием чувственного является мысленное[11]» (1240D). С отрицанием чувственного молящийся переходит к созерцанию умопостигаемого мира. С ведением умопостигаемого мира как целого и простого человек восходит на последнюю ступень естественного созерцания и обретает в себе логос единого тварного мира. Благо в учении Плотина – это имя для первого Бога, которого он именует также Единое. Плотин в русских переводах. В тропосе смешения (или иначе Максим называет его составлением, или синтезом, (1136В) созерцание логосов противоположных природ соединяется неслиянно в логосе единения. То есть ангелы не ощущают чувственные вещи, как не ощущает свое тело молящийся человек в чистой молитве. стр. Результатом постижения божественных энергий в этой школе был гнозис. Хотя мы не имеем исторических документов, подтверждающих это предположение о Максиме, такое соотнесение напрашивается, если верить в единый источник православного Предания. Восхищенный, словно на облака, на высоту умозрений, [он оказывается] в ясном воздухе таинственного созерцания, при котором он сможет всегда быть с Господом». В тот самый момент, когда ум наш озаряется таким светом, он не знает, откуда именно явился ему этот свет, отвне или извнутри, а когда видение прекратится, уму кажется, что свет был как будто внутри его, как будто и нет»[17]. Аналогичное описание мы можем прочесть в умозрительных и богословских главах прп. Да и так называемая самодостаточность прежде всего связана с созерцательной деятельностью, <…> мудрый же и сам по себе способен заниматься созерцанием, причем тем более, чем он мудрее»; Никомахова этика, (X 7).[36] Прп. Всматриваясь в [сей] Логос, пребывающий уже не вне ее, но как Целый в целой, сама душа в простом схватывании будет знать логосы и причины сущих, благодаря которым, вероятно, она до своего обручения с Логосом и Богом медленно продвигалась посредством диэретических методов. Малеванский, стр. Слово XVI. Это ведение Плотин называет знанием, которое обретается не мнением рассудка, а единением с Тем, Кто выше всякого мнения: «О том же Знании видевший его Платон сказал, что «оно не есть не что иное, нежели Тот, в Ком оно есть», однако Платон оставил нам искать и обнаруживать, каким образом осуществляется то Знание, так что если мы достойны называться «платониками», возможно, лучше всего начать именно отсюда»[24]. То есть диалектика Платона начинается с поиска знания, которое мы здесь называем единовидным созерцанием, а Максим – богословским любомудрием. Важно заметить, что переход к простому созерцанию осуществляется не волевыми движениями ума вроде обобщающего поверхностного взгляда на видимые вещи, а обретается как благодатное «превосхождение ума в Духе» (1237D), изменяющее тропос его движений в согласии с созерцаемым логосом.Мышление является связующим движением или энергией ума между созерцателем и созерцаемым объектом. Государство. Итак, ум обладает способностью и предназначен для единовидного мышления и созерцания умопостигаемого. Также положение имеет значение направления движения по отношению к Богу, то есть движение человека к благодати или погибели. Максим Исповедник. Сочинения. Максима Исповедника. Аналогично определяет диалектику и Плотин: «Диалектика пользуется Платоновым делением для различения эйдосов и в определении того, что есть что, и в [нахождении] первых родов, сплетая тех, что произошли от этих первых родов [с целым Ума], пока не проходит всё умопостигаемое; тогда она снова разъединяет, пока не достигнет начала; после этого она приходит в безмолвие; диалектика безмолвствует, пока присутствует Там, она более не остается многопопечительной, но видит, возникнув в Едином; она оставляет так называемое логическое мышление – мышление о посылках и силлогизмах – другому искусству, как она может оставить [другой науке] и знание о правописании. 2.6.; Перевод В.В. Шичалина, 1995, перевод Г.В. (Если первая школа умерла на Востоке где-то около XIV в., то вторая, во всяком случае в России, сильно выродилась, утратив уже к XX в. Ибо оно есть посредствующая связь неких крайностей, соединенных друг с другом, то есть оно есть связь мыслящего и мыслимого. Мистагогия VII. Ибо ни одно из сущих не является само по себе простой сущностью или простым мышлением так, чтобы быть нераздельной единицей. Кое-что из логики она необходимо рассматривает как некое предуготовление»[23]. Здесь греческий термин ἡσυχία (исихия), означающий дословно «тихость», переведен как «безмолвие». Увидеть умом логос чувственного невозможно, но можно воспринять его энергии. Восхождение к Богу осуществляется через деятельную и созерцательную стороны жизни человека. Главы о богословии и о домостроительстве воплощения Сына Божия, 2.59.[11] Здесь термин «мысленное» обозначает единовидное мышление при созерцании, отличающееся от множественного дискурсивного мышления. То есть платоновская диалектика – это метод последовательного восхождения по лестнице ведения логосов и вознесение к молчанию ума в свете Святой Троицы.Из приведенного выше сравнения платоновских делений и их преодоления можно заключить, что платоновская диалектика и богословское любомудрие Максима, изложенное в Трудности 41, – это единый опыт созерцательных умозрений святых. А в созерцательной стороне жизни это означает обретение способности к чистой безмолвной молитве, при которой ум постигает логосы, соединяющие противоположные природы в единое целое. Иоанн Лествичник, преп. Мы не будем описывать особенности и практику исихастов, но только отметим, что умное делание доступно не только монахам-отшельникам, но всякому человеку, стремящемуся к познанию Бога, и рассмотрим те мистические особенности умного делания, которые проявляются в текстах Максима и которые свидетельствуют о том, что источником богословского любомудрия Максима был мистический опыт созерцания.Умное делание имеет три основных этапа: 1) умная молитва 2) сердечная молитва и 3) чистая безмолвная молитва, которую также называют созерцательной. Ум преображается до предельной чистоты и прозрачности воздуха созерцания, но еще не зажигается Свет и остается различение созерцателя и Созерцаемого: «…восхищение ума божественным и беспредельным светом в самом порыве молитвы, когда он вообще не чувствует ни самого себя, ни что-либо из сущих, а лишь одно­го Того, Кто Своей любовью так озаряет его»[39].Максим, как мы уже отмечали, различает два состояния чистой молитвы, из которых первый соответствует деятельному образу жизни, то есть земному тропосу в пространстве времени. Восхождение человека по лестнице ведения происходит по произволению человека при содействии благодати. Небесная Иерархия, 6.2.[42] Преподобный Максим Исповедник. Главы о богословии и о домостроительстве воплощения Сына Божия, 2.59.[15] Прп. Если же объект созерцания существует в тропосе вечности, то и ум мыслит и рассуждает о нем единовидно вне времени. Становясь простым, бесконечным и свободным от восприятия множественных и ограниченных пространством и временем чувственных вещей, ум становится способным воспринять простые и бесконечные энергии логоса. Слово 38.[45] Псевдо–Дионисий Ареопагит. Поэтому можно сказать, что созерцательный тропос смешения сущих означает их простое единовидное созерцание. Что такое середина?4. Ум является движущим началом разумной силы, а разум – промыслительным началом силы жизненной. 2. Аналогично и молящийся чистой молитвой второго типа ощущает восхищающее действие благодати, преображающее молитву к более высокому состоянию созерцания света, исходящего сверху, но не видит его. Связь простого восприятия с созерцательным тропосом положения состоит в том, что «катафатическое познание вышестоящего есть отрицание оставленного ниже», то есть отрицание восприятия означает простое восприятие частей как одно, и переход к различению того, что выше. При смешении множественности вещей в единовидное восприятие и при соединении противоположных частей природы в тождество ум не утрачивает способности различения частей, но воспринимает их как простое одно на более высоком уровне созерцания. Для пары небо и земля логосом единения является логос чувственного – «явил всю чувственно воспринимаемую природу единой сообразно ее более цельному логосу, уничтожив в Самом Себе своеобразие рассекающего ее деления» (1309С).Второе деление ипостаси тварного мира на две всеобщие природы умопостигаемое и чувственное преодолевается «благодаря равенству ангелам в познании, человек сделал бы единым все творение, которое не делилось бы для него на ведомое и неведомое, поскольку его ведающее знание логосов сущего совершенно сравнялось бы с ангельским» (1308А). При созерцании ум «видит» умопостигаемые сущности вещей. И далее: «Диалектика безмолвствует, пока присутствует Там (в Боге), она более не остается многопопечительной, но видит, возникнув в Едином». Здесь Плотин говорит о диалектике как об уме созерцателя, который, оставив множественное и единовидное созерцание логосов сущих, пребывает в молчании и видении Света в единении с Единым. Сидаша. Неведение – это отсутствие способности созерцать невидимое.Мышление бывает множественное и единовидное. То есть в терминологии Трудности 41 Плотин говорит о втором делении ипостаси всего сущего на умопостигаемое и чувственное. Эннеады. У Плотина в других местах также первое небо (солнце и звезды) рассматривается отдельно от земли, как особое творение Души. Ведь мыслящий есть некий субъект, содержащий в себе способность мыслить, неотделимую от него. При этом исчезает всякое различие умом как чувственных вещей, так и умопостигаемых вещей, включая время и вечность, пространство и бесконечность. Но как тело остается нераздельно соединенным с умом, так и ангелы своими энергиями пребывают соединенными со всеми чувственными вещами как с единым миром. / Плотин Шестая эннеада. Единовидное мышление сразу воспринимает объект созерцания как целое и сразу различает логос в полноте смыслов без разделения их на части. Этот опыти Плотин и преподобные христианские богословы описывают одинаково – как видение света. Тропосы смешения и положения есть проявление единообразующей силы логоса, смешивающего восприятие множества вещей одной природы и двоицы вещей противоположных природ в единое восприятие посредством перехода к созерцанию на более высоком уровне, где осуществляется иное различение по иным признакам. Богословское любомудрие, основанное на единовидном созерцании, является наиболее естественным для чистого ума, но оно остается неведомым для многих. Но ум способен воспринять благодать обожения и вознестись к единению с Богом, подобно высшему ангельскому чину престолов, херувимов и серафимов[41]. Мистагогия 5.[27] Платон. М.: Греко-латинский кабинет Ю.А. С обретением в себе логоса единой земли одновременно молящийся возносится на небо к единовидному восприятию умопостигаемого мира.Следом за этим дается еще более высокое состояние единения неба и земли в едином логосе чувственного. Ибо одно порождает многое, но многое не порождает одно без отрицания множественности мышления в себе и себя самого во множестве своих знаний. В Мистагогии V Максим называет это соединение единением с «единственным и единым Логосом и Богом, в Котором, как в Создателе и Творце сущих, в соответствии с единой и непомыслимой простотой единообразно существуют и пребывают все логосы сущего». Чтобы стало понятнее представление Максима об этапах восхождения к Богу, представим деления в виде ступеней познания логосов, соединяющих разделенные части природ:Рис. Ум переходит к тропосу созерцания, при котором он совершенно отрешается от образов и помыслов о чувственных вещах, и молитвеннику дается благодать нечувствия всего чувственного, включая время, пространство, собственное тело и физиологические процессы в нем. И именно из этих двух [начал] образовывается истинная наука о делах божественных и человеческих, подлинно непогрешимое ведение – высшая точка всего божественного христианского любомудрия»[6]. Обратим внимание на тезис Максима о необходимости развития навыка в созерцании неизреченного безмолвия. Здесь он указывает метод обретения созерцательного навыка и постижения истины – неизреченное безмолвие. Смешение и положение изменяют мистическое состояние созерцателя и воспринимаются им как дар благодати в ответ на его произволение к познанию Бога. Положение «выше» или «ниже» определяется уровнем созерцательного ведения на лестнице восхождения по ступеням логосов соединения, как это представлено выше на рисунке 2.Следует уточнить, что означает утрата различения в тропосе смешения. Слова Подвижнические. Максим Исповедник. В этом и состоит смысл слов Максима о гностическом упрощении: «целый чувственный мир существует в целом умном мире, гностически упрощаясь умом посредством логосов[37]». Удаляется же от Господа тот, кто не в силах созерцать [божественные] умозрения чистым умом, без их воздействия на чувство (насколько это возможно [для человека]), и кто не в силах вмещать простое слово о Господе, без иносказаний»[10]. Здесь слова «вмещать простое слово о Господе, без иносказаний» означают способность к единовидному созерцанию божественных логосов, которые просты и воспринимаются без рассудочного мышления. Главы о богословии и о домостроительстве воплощения Сына Божия, 1.82.[16] Неизвестный автор (предположительно, прп. Максим Исповедник. Исаак Сирин. Что означает продвижение вперед (вверх) к Богу? Чтобы не утомлять ищущих ответа, сначала дадим краткие ответы на поставленные вопросы, а затем приступим к разъяснениям.1. Это что касается бестелесных»; О божественных именах, 4.8.[35] Аристотель: «философия, [или любомудрие], заключает в себе удовольствия, удивительные по чистоте и неколебимости, и, разумеется, обладающим знанием проводить время в [созерцании] доставляет больше удовольствия, нежели тем, кто знания ищет. Феофаном (Затворником) помещен в урезанном виде под именем Каллиста Тиликуда и называется «О безмолвнической жизни». А разум, который мы назвали рассудительностью, посредством практического навыка в добродетели, [осуществляемого] телесным образом, находит свое завершение через веру в благе. Небесная иерархия, 3,2. Каллист Катафигиот. е. Бог есть дух: и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. Это состояние и есть обретение в себе логоса чувственной природы, а умное восприятие в этом состоянии есть созерцание логоса единого чувственного мира. //Творения преподобного Максима Исповедника. Шичалина, 1995, перевод Г.В. См. Источником ведения «философа» является рассудочное постижение божественных логосов в образах видимого мира, которое само по себе благо и дает наслаждение разуму в озарении истины, а наслаждение разума, в свою очередь, побуждает «философа» к еще большей рассудочной деятельности ума в ожидании вкушения новых сладостных открытий. Кто игнорирует исихию как метод диалектики, тот не в силах обрести познание идеи Блага и, по словам Платона, пребывает в сновидениях: «Кто не в силах с помощью доказательства определить идею блага, выделив ее из всего остального; кто не идет, словно на поле битвы, сквозь все препятствия, стремясь к опровержению, основанному не на мнении, а на понимании сущности; кто не продвигается через все это вперед с непоколебимой уверенностью, – про того, раз он таков, ты скажешь, что ему неведомо ни самое благо, ни какое бы то ни было благо вообще, а если он и прикоснется каким-то путем к призраку блага, то лишь при помощи мнения, а не знания. Максим Исповедник. В этом высшем созерцательном состоянии чистой молитвы и познании логосов сущих человек предстоит Богу в единовидной простоте ума подобно высшим ангельским чинам. Перевод Е. Максим Исповедник. Ложью Плотин называет чувственное, которое не имеет истины. Максим Исповедник. Трактаты VI-IX / Пер. Выше этого состояния — только бытие Богом в единении с Богом, которое уже не зависит от произволения молящегося, но дается сверхъестественно по благодати. Такое деление на созерцательные школы, как нам кажется, сформировалось, с одной стороны, по причине отсутствия в текстах созерцателей прямых описаний метода исихии, основанного на молитве и безмолвии, а с другой стороны, отсутствие таких описаний было обусловлено хранением тайны исихастского учения, которое передавалось лишь тем, кто готов был воспринять его. О божественных именах. Чтобы узреть Первоединое, нужно войти в самую глубь собственной души, как бы во внутреннее святилище храма, и отрешившись от всего, вознесшись превыше всего в полнейшем покое, молчаливо ожидать, пока не предстанут созерцанию сперва образы как бы внешние и отраженные, то есть Душа и Ум, а за ними и образ внутреннейший, первичный, первосветящий – Первоединое»[30]. О том, что для Максима Исповедника чистая молитва – это основа мистических умозренией, мы уже достаточно много написали в настоящей статье. Слово 43.[37] Прп. Г. Тропос смешения Максим называет символом нашего произволения, потому что благодать смешения символизирует истинность смиренных устремлений молящегося к познанию Бога, а положение Максим называет учителем непоколебимого нрава, потому что через возрастание и умаление благодати молящийся обучается правильному образу жизни и молитвы.Рассмотрим подробнее созерцательный тропос положения. Этот тропос непосредственно связан с созерцанием логосов единения. 17-19.[19] Прп. В тропосе ангельского созерцания разум и его сила рассудительности не исчезают, но обретают движения, свойственные неизменности и простоте божественных логосов. Так он оказывается на самой вершине умопостигаемого»[22]. «Вершина умопостигаемого» и «постижение сущности блага» достигается единовидным созерцанием ума. Издательство «АЛЕТЕИЯ» (Санкт-Петербург) при участии Греко-латинского кабинета Ю.А. В этом простом восприятии чувственного ум, словно забывая о всем чувственном, восходит к ангельскому созерцанию умопостигаемого.

Николай Гаврюшин: На протяжении веков понятие «наука» менялось

Кoгдa в XIII в. Гaврюшин — oдин из дoклaдчикoв сeминaрa «Прaвoслaвиe и нaукa: истoрия, сoврeмeннoсть, будущee», кoтoрый прoйдёт 18 сeнтября в xрaмe мучeницы Тaтиaны при МГУ имeни М.В. Лoмoнoсoвa. Мeрoприятиe oргaнизуeт крупнeйшaя нaучнaя институция Грeции ― Нaциoнaльный исслeдoвaтeльский фoнд, при финaнсoвoй пoддeржкe Всeмирнoгo блaгoтвoритeльнoгo фoндa Тeмплтoнa.В прoгрaммe сeминaрa ― лeкции дoктoрa физикo-мaтeмaтичeскиx нaук, aкaдeмикa РAН Aлeксeя Пaршинa «Нaукa и вeрa в нaшe врeмя: вместе или нет?» и кандидата философских наук, профессора Московской духовной академии Николая Гаврюшина «Физика и религиозная метафизика в восточно-христианской культуре», а также публичная дискуссия.Беседовал Даниил Сидоров Есть ли здесь точки для соприкосновения и синтеза?Н.Г.: В античности, средневековье и даже в XVII в. Где здесь наука, а где — философская публицистика?Н.Г.: Бога можно рассматривать и как «неподвижный Перводвигатель» (Аристотель и вся перипатетическая традиция), и как Творца мира, создавшего человека по своему образу и подобию, с Которым верующий ощущает себя в глубинных личных отношениях (Псалтырь). Значит ли это, что Сила — «бог физиков»?Д.С.: Как бы вы прокомментировали недавние баталии вокруг первой российской диссертации по теологии, признанной государством? «естественные науки» были составной частью философии, и знаменитый труд Ньютона «Математические начала натуральной философии» — не последнее тому подтверждение. В ходе дискуссии оказывается, что естественные и гуманитарные науки в принципе руководствуются разными методами. Представители этого направления (Ричард Докинз, Кристофер Хитченс, Дэниел Деннет, Сэм Харрис, Виктор Стенджер) стоят на позитивистских и сциентистских позициях — например, считают, что Бога нужно рассматривать как научную гипотезу (и тогда это гипотеза неудачная) или не рассматривать вовсе. Отнюдь не очевидно, что и сегодня представления о «научности» существенно варьируются. Не припомню, в частности, имели ли место в дореволюционных богословских диссертациях аргументы, основанные на личном религиозном опыте. Кстати, Ньютон глубоко интересовался богословием и религиозной метафизикой… А вопросы соприкосновения методов обсуждаются давно, но нельзя забывать, что метод сам по себе формирует и особый взгляд на предмет. Не говорю уже о том, что в любой «науке» присутствует элемент «веры» или «доверия» к ее инструментарию, методам и так далее.Что же касается «религии», то у этого понятия не менее широкий семантический спектр и большая история внутриконфессиональных споров… Я догадываюсь, что поставленный вами вопрос, скорее всего, имеет в виду отношение естествознания и христианской религиозной веры. На вопросы портала «Богослов.ru» отвечает профессор Московской духовной академии Н. Но Русь и Россия — это прежде всего совершенно другое культурное пространство. Когда-то очень давно я немного занимался в физматшколе при МФТИ. Есть, между прочим, известная работа Пиамы Павловны Гайденко «Эволюция понятия науки», к которой вряд ли обращаются те, кто подобные вопросы задает. Достаточно вспомнить книгу советского историка науки Тимофея Ивановича Райнова «Наука в России XI-XVII веков», вышедшую в 1940 году! Даниил Сидоров: Николай Константинович, в чём особенность отношений науки и веры в восточно-христианской (православной) культурной традиции по сравнению с западной?Николай Константинович Гаврюшин: Прежде всего надо бы разобраться с вопросом, что такое наука. В этом нередко путались и богословы, и естествоиспытатели. Мне кажется, интереснее разобраться, как государство будет трудоустраивать признанных им в качестве ученых «теологов»…Д.С.: На ваш взгляд, на каких основаниях сегодня должен проходить продуктивный диалог знания и веры, науки и религии?Н.Г.: Этот диалог часто проходил и проходит во внутреннем мире одной личности. Совершенно разный контекст, разные смысловые функции у представлений, наделенных одним и тем же именем. В последние годы тема отношений науки и религии становится всё более актуальной, при этом нередко утверждается, что конфликт между ними неизбежен. в Парижском университете велись научные дискуссии, на Руси орудовали полчища Золотой Орды. На протяжении веков понятие «наука» существенно изменялось. Но ведь чаще всего диспутанты понятия не имеют о душевной драме того же Паскаля, занимавшегося и наукой, и богословием… Давать здесь рецепты просто наивно.Международный семинар «Православие и наука: история, современность, будущее» пройдёт 18 сентября 2017 года в Москве в храме мученицы Татианы при МГУ имени М.В. Это конфликт науки и мракобесия, как заявляет одна сторона, или спор «физиков и лириков», как считает другая?Н.Г.: Мне по ряду обстоятельств не хотелось бы комментировать эту дискуссию. Насколько, на ваш взгляд, корректно так говорить?Н.Г.: Это совершенно невежественное утверждение. Первый университет у нас был создан в 1755 году, а среди его профессоров были и выпускники Троицкой Лаврской Семинарии. Наш преподаватель Григорий Ефимович Карнаух любил говорить, что когда физики чего-то не понимают, они говорят, что «действует Сила». в Вифанской семинарии был даже свой кабинет физических демонстраций — и никому в голову не приходило, что он может как-то поколебать религиозные убеждения учащихся.Д.С.: Нередко представители естественных наук ставят под сомнение научность некоторых гуманитарных дисциплин — философии, юриспруденции, искусствознания. Можно, конечно, «изучать» картины Левитана с помощью оцифровки цветовой гаммы или инфракрасного излучения, но поможет ли это глубже понять их художественный замысел?Д.С.: В последние годы и на Западе, и в России набирает популярность так называемый новый атеизм. Дальше они ощутимо расходятся, но это связано с социально-историческим контекстом, а не с логикой идей.Д.С: Кого из русских учёных и философов, писавших об этой теме, вы бы выделили?Н.Г.: Из русских ученых я бы отметил, например, авиаконструктора Игоря Ивановича Сикорского и академика Бориса Викторовича Раушенбаха, о которых мне уже приходилось писать на портале «Богослов.ru».Из представителей религиозно-философской мысли в первую очередь вспоминается профессор Казанской духовной академии Виктор Иванович Несмелов («Вера и знание с точки зрения гносеологии», 1913).Д.С.: Существует утверждение, что Русская Церковь веками препятствовала развитию науки (например, до реформ Петра I российская наука находилась в зачаточном состоянии). Кстати, в начале XIX в. Паскаль по этому поводу и сказал, что Бог Авраама, Исаака и Иакова — это не Бог философов и ученых… Ломоносова. Хорошо бы прежде собрать свидетельства, как это было. В этом плане можно достаточно уверенно сказать, что в первом тысячелетии разницы между названными культурными традициями по сути не было вообще. В романских и германских языках её связывают со знанием, в русском — с учением.